Представьте себе недалекое будущее в двадцать первом веке. Вы находитесь на пляже. Чайка с нейроинтерфейсом летает над вами и даже, кажется, сообщает, что если вам интересно, то в данный момент наноботы занимаются восстановлением вашего сердечного клапана (кто же знал, что вам грозили проблемы с сердцем?), а спонсор процедуры – казино, расположенное дальше по дороге, оплатившее систему птичьего оповещения и автоматизированные кардиологические процедуры от Google или еще какой-нибудь компании, которая будет контролировать подобную деятельность через несколько десятков лет.

Если подует ветер, то окажется, что листья – это множество маленьких биороботов, использующих энергию ветра, чтобы долететь до вас и укрыть от непогоды. Ваши желания и потребности автоматически анализируются, и из песка формируется женская фигура, которая делает вам массаж, пока вы думаете о шепоте ветра в своем стихийно возникшем убежище.

Существует бесчисленное множество вариантов этой выдуманной истории о высокотехнологичном изобилии, которое скоро воплотится в реальность. Некоторые из них можно прочитать в научной фантастике, но еще чаще такие картины возникают в обычных разговорах. Они настолько типичны для культуры Кремниевой долины, что уже стали частью ее атмосферы. Обычно можно услышать предположения, насколько дешевле станут компьютерные технологии, как далеко продвинется материаловедение и так далее, и вот ваш собеседник уже считает, что через несколько десятков лет перед нами определенно откроются перспективы, которые сейчас кажутся совершенно нереальными.

В таком духе ведутся вдохновляющие разговоры, так возникает мотивация для огромного количества стартапов, курсов и чьих-то карьер. Основные термины, связанные с ними, – «ускоряющиеся изменения», «изобилие» и «сингулярность».

Цена рая

Моя выдумка с говорящей чайкой кажется мне слишком искусственной и даже пошловатой, но так ощущается любой сценарий воображаемой жизни без ограничений.

Но не стоит бояться утраты границ. Любители утопий предполагают наступление эры изобилия не потому, что его можно будет себе позволить, а потому, что оно будет бесплатным, если только мы согласимся на тотальную слежку за нами.

Еще в 1980-е годы изначально небольшая группа талантливых программистов начала рассматривать понятия тайны личной жизни, свободы и власти с новой точки зрения. Я был одним из первых участников этого процесса и помогал сформулировать многие из тех идей, которые теперь критикую в этой книге. Те, кто принадлежал к некогда немногочисленной субкультуре, сейчас диктуют всему миру свое видение компьютерных технологий и общества, объединенного программами.

В одном из направлений «хакерской культуры», если ее можно было так назвать, было популярно мнение, что свобода подразумевает полную анонимность, которую дает шифрование. Помню, с каким восторгом примерно в 1983 году пользовался в Массачусетском технологическом институте армейскими технологиями класса «стелс», просто чтобы поспорить, кто заплатит за пиццу.

С другой стороны, кое-кто из моих друзей, с которыми мы эту пиццу покупали, сколотил огромное состояние, шпионя за людьми и составляя на них подробнейшие досье. Эти данные используют финансисты, рекламодатели, страховые компании и прочие заинтересованные лица, лелеющие фантазии об управлении миром с помощью пульта дистанционного управления.

Человеческой природе свойственно закрывать глаза на лицемерие. Чем очевиднее лицемерие, тем меньше обычно его замечают, но мы, технари, стремимся, чтобы наши идеи не вызывали возражений. Вот один из примеров двойных стандартов, которые попадаются мне довольно часто: шифрование для тех, кто разбирается в технологиях, и тотальная слежка за всеми остальными. В ближайшем будущем обычные люди лишатся права на тайну личной жизни, поскольку само это понятие окажется под вопросом.

Тотальная слежка со стороны меньшинства с большими техническими возможностями за большинством, у которого технических возможностей меньше, может быть приемлема сейчас, когда люди надеются, что наступит эпоха всеобщей прозрачности. Видимо, интернет-бизнесмены и сетевые активисты считают, что мощные серверы, обеспечивающие информационное превосходство элите, либо начнут приносить только пользу, либо совсем исчезнут.

Рассказывая о цифровых утопиях, в которых компьютерные технологии станут куда дешевле и полезнее, не нужно волноваться о сфере влияния элитарных участников сети, то есть инвестиционных фондов или компаний Кремниевой долины (например, Google или Facebook). В условиях всеобщего процветания быть открытым и щедрым станет выгодно всем и каждому.

Как ни странно, в таких утопиях, даже в интерпретации самых ярых либертарианцев, зачастую присутствуют социалистические настроения. Мы представляем себе, что радости жизни станут просто невероятно дешевыми. Так что изобилие будет чем-то совершенно естественным.