«Упакован он что надо. Это только одна из его квартир, а есть же еще особняки в России, за границей, – следователь криво улыбнулся, поняв, что завидует мертвому, – все там будем, кто раньше, кто позже».

Глава 14

Лада Сельникова проснулась, сама не зная от чего. Первые мгновения просто лежала, глядя в потолок. Рассвет чуть заметно раздвинул темноту. Женщина не сразу вспомнила, где она, а вспомнив, улыбнулась. Этот дом она уже не воспринимала как чужой. Даже акульи челюсти с рядами острых мелких зубов казались ей не такими страшными.

«Я у него. И что я тут делаю? Он говорит, что прячет меня здесь от Хайновского, но, по-моему, я просто ему нравлюсь, да и я приятно провожу время», – подумала Лада и повернулась на бок.

Клима рядом не было – примятая подушка, отброшенное одеяло. Одежда лежала на кресле. Светящиеся цифры будильника показывали без пяти четыре утра.

– Как можно подниматься в такую рань, – Лада сладко потянулась, – да и заснули мы не рано.

Она заметила на полу рядом с кроватью ту самую телефонную трубку, по которой Клим говорил о ней с человеком, «которому нельзя не ответить на звонок». Женщины чрезвычайно любопытны. Лада, перевернувшись на живот, подхватила трубку с пола, принялась ее разглядывать в неверном утреннем свете. Как ни старалась, не могла найти шва в корпусе, точно телефон был цельным, как создание природы. Да и кнопки на нем были странные, ни цифр, ни букв, только загадочные значки и точки выступов, чтобы можно было пользоваться на ощупь.

«Будто для слепых делали».

Сельникова перевернула трубку, на обратной стороне была сделана бесхитростная, но очень аккуратная гравировка: «003».

«Даже отверстия для подзарядки нет. Странная вещица, как и ее хозяин. Не пойму, чем он занимается».

– Тебя нельзя оставить даже на минуту, – Клим вошел в спальню резко, Лада даже не успела отложить телефон, – ты очень уж любопытна.

– Если что-то лежит на виду, то, я думаю, можно и посмотреть.

– А потом положить в карман?

– На моем теле карманов нет, – Лада наконец до пояса прикрылась одеялом.

Бондарев забрал телефонную трубку, сунул ее в карман куртки, лежавшей на кресле.

– Есть вещи, которые лучше не трогать, и люди, с которыми лучше не общаться.

– Ты уходишь?

– Мы и так целый день пробыли вместе. Еду на рыбалку, а ты остаешься здесь и не высовываешь на улицу даже нос.

Лада покачала головой, ее длинные волосы рассыпались по плечам.

– Все мужчины одинаковы. Рыбалка!

– Женщины и рыбалка – вот две моих слабости. Признаюсь. Ловить рыбу и соблазнять женщин одинаково увлекательно.

– Это ты меня соблазнил? – засмеялась Лада. – Да это же я соблазнила тебя! А рыбалка – занятие тупое. И с кем ты будешь ловить?

– Ты начинаешь говорить как жена, значит, скоро надо будет расстаться. Через день-два Хайновского арестуют, и ты сможешь распоряжаться собой, как захочешь.

Клим отодвинул дверцу зеркального шкафа, внутри вспыхнул свет, одежды в нем было немного, зато половину гардероба занимали удочки, спиннинги, сачки, поблескивали катушки. На взгляд Лады, он выбрал самые старые, потертые удочки.

– Для себя и для лучшего друга, – сказал Клим, – мой друг умеет многое, в чем-то даже превзошел меня, но в рыбалке – полная бездарность, даже снасти приличные выбрать себе не может и наживку на крючок толком нацепить не умеет.

Лада приподнялась на локте.

– Когда вернешься?

– Еще не знаю.

– Если мне станет скучно, я уйду.

– Если ты умная женщина, а в этом я не сомневаюсь, то останешься. Пока Хайновский на свободе, мой дом для тебя единственное безопасное место. И никому не звони, трубку не поднимай.

– Но меня же, наверное, ищут знакомые.

– Потом скажешь им правду.

– Какую?

– Что нашла красивого самостоятельного мужчину и приятно проводила с ним время.

– Самомнение у тебя…

– У тебя тоже.

Сельникова обвила рукой шею Бондарева, но тот поцеловал ее коротко, без особой страсти, не так, как это было ночью.

* * *

Солнце еще не успело подняться, а Бондарев уже подкатил к шлагбауму. На этот раз номер его машины был сообщен охране заранее. Оставив автомобиль на стоянке, Клим подхватил удочки и дальше отправился пешком. Еще серебрилась роса на траве, сквозь деревья угадывался туман над озером.

Президент встретил его у беседки и тут же приложил палец к губам, хотя Бондарев еще и рта не успел открыть.

– Тише, жена еще спит.

– Неужели она тебя отпустила? – усмехнулся Клим.

– Сказала, если пойду с тобой на рыбалку, то домой могу не возвращаться. Так что вдобавок можем с тобой напиться. Восемь бед – один ответ.

– Это так ты обо мне своим друзьям рассказываешь? – послышалось с крыльца.

Клим Бондарев широко улыбнулся:

– Как давно мы не виделись!

Жена президента спустилась по ступенькам, стала рядом с мужем.

– Мне просто захотелось почувствовать себя таким же, как и другие мужчины, но ты разве позволишь, – оправдывался глава государства.