Читаем Компрессия полностью

– Томми. – Кидди постарался говорить тише, – я скоро приеду. Не связывайся со мной больше по этой линии. Я не могу пока найти Стиая, но теперь это уже не самое главное. Я приеду к тебе через час. Приготовь все, как надо. Запиши и спрячь. Да, именно спрячь. Знаешь, убери это в то, что я тебе подарил. Да, на память о Михе. Помнишь, в кафе? Убери внутрь этого. Делай свое дело и не дергайся. Не дергайся! – заорал Кидди в ответ на недоуменное бормотание Брюстера.

Музыка в ушах уже не звучала. Старик, отняв дудку от губ, смотрел на Кидди с недоумением. Полицейский у лифтов обернулся и с интересом поправлял на поясе импульсник.

– Я бы не советовал вам кричать, – проскрипел музыкант. – Закон о тишине касается не только уличной музыки, но и крика. Говорите вполголоса, иначе у вас будут неприятности.

– Отец, – Кидди неожиданно обратился к седому старику именно так, – как называется твоя дудка? Это флейта?

– Это дудук, – старик провел пальцем по ряду отверстий. – Теперь такие уже не делают.

– Поиграй мне, – попросил Кидди. – Вот, – он вызвал на чиппере номер своего счета и сбросил деньги музыканту.

– Это очень много. – Пальцы старика задрожали. – Я не собираю здесь столько и за год.

– Поиграй мне, – поднялся на ноги Кидди. – Мне предстоит трудная ночь. Поиграй пару часов, я брошу на тебя резервную линию и буду слушать.

– Я буду играть для тебя до утра, – сказал старик.

Кидди кивнул и пошел к перрону. Музыка летела за ним неслышным шлейфом. Только опустившись в мягкое кресло подземки, Кидди сумел заставить себя вновь вызвать Стиая. Тот не отвечал. Зато Хаменбер взял линию почти сразу.

– Кто это?

Он не был раздражен, хотя голос показался Кидди непривычно холодным.

– Хаменбер? Ол Хаменбер?

– Да, это я. Постойте! Кидди? У вас новый чиппер? Где вы пропадали? Вы сорвали нам сегодняшний круглый стол! Без вас он не смотрелся! Порки в ярости.

– Мне нужно связаться с ним! – потребовал Кидди. – Насколько я понимаю, Порки – это псевдоним? Мне нужна линия с ним или его точное имя?

– Постойте. – Хаменбер явно состроил гримасу на том конце линии. – Если что-то срочное – можете говорить мне. Все равно самые ответственные поручения Порки выполняю я.

– Хаменбер, мне нужно переговорить с ним лично! – отрезал Кидди.

– Черт с вами, – буркнул Хаменбер. – Вам повезло. Мы как раз пытались обсудить планы на ближайшую неделю в тихом ночном ресторанчике, и тут ваши срочные дела. Я перебрасываю линию. Вы готовы?

– Я слушаю вас, Кидди Гипмор, – раздался знакомый голос маленького человека, в которого превратился красавец Порки в служебных помещениях TI200.

– Скажите, – Кидди постарался говорить спокойно, – как вы относитесь к сенсациям?

– Я их делаю, – усмехнулся Порки. – Сенсации – это события, которые приносят деньги. Но они слишком редки, чтобы полагаться на них. Поэтому приходится их делать. Вы что-то хотите мне предложить?

– Я хочу предложить вам сенсацию, которую делать не нужно, – ответил Кидди. – Конечно, если вы готовы опровергнуть публично некоторые ваши же утверждения.

– Изменение моей позиции – это уже сенсация, – засмеялся Порки. – Вы говорите о компрессии?

– Да, – отрезал Кидди. – Она убивает. Она опасна для жизни.

– Вы знаете, сколько заплатила корпорация за рекламу продукта? – сухо осведомился Порки.

– Я юрист, Порки, – сказал Кидди. – Заведомое введение рекламиста в заблуждение производителем не только исключает возможные иски со стороны заказчика, но и прямо обязывает рекламиста информировать аудиторию.

– Ой, как я не люблю официоз! – раскатился сухим смешком Порки. – У вас есть доказательства?

– Да, мой приятель, медик высшей категории, как раз готовит заключение по этому вопросу. Если вас это интересует, то через пару часов я сброшу на ваше имя файлы. Как вы думаете, это увеличит популярность вашей программы?

– Изложите суть, – потребовал Порки.

– А суть очень проста, – ответил Кидди. – Если в компрессии вы случайно потеряете палец, то и в реальной жизни он у вас отвалится, и этому не поможет даже то, что вы выйдете из капсулы с десятью пальцами и улыбкой на лице. Если же в смоделированной реальности вас убьют, смерть станет для вас неизбежной.

– Неизбежной? – уточнил Порки. – То есть вы хотите сказать, что компрессия – это не виртуальные игры полоумных геймеров, где утрата любой части тела способна повлиять только на психику игрока?

– Мой… хороший знакомый погиб именно так, – сказал Кидди.

– А ведь это хорошо! – воскликнул Порки.

– Что именно? – не понял Кидди.

– То самое! А то вся эта компрессия слишком уж взбудоражила меня. Начали закрадываться в старую черепушку мысли о почти бессмертии. Чуть было привычный уклад старого Порки не полетел ко всем чертям. А теперь все возвращается в привычное русло. Я ложусь обычно спать ближе к утру, Кидди Гипмор. Так что жду от вас все необходимые материалы. Только не забудьте главное условие, которое мы применяем к подобным материалам, – их информационная свежесть. Они не должны появиться в свободной сети. Ни в коем случае!