Читаем Компаньонка полностью

Управляющий Ольденбургского поместья Гордей сразу же невзлюбил новоприбывшую. И прошлым вечером Гордей убедился, что этой особе доверять нельзя. Ему вольготно жилось до неё. Все было в его руках и в его распоряжении. Гордей чуял наверняка, что с этой женщиной нагрянут перемены, а они ему были ни к чему. Его всё устраивало. А эта графиня того и гляди все возьмёт в свои руки и начнёт командовать и распоряжаться всем и всеми.

Гордей приоткрыл со скрипом дверь в просторную комнату. Перёд себя он внёс в комнату свечу. Просторная, но явно не жилая комната, заставленная сундуками и коробками, озарилась светом. Гордей осторожно прошел к окну и приподнял портьеру. Управляющий смачно чихнул от поднявшейся пыли, которая словно танцевала в лучах света. Гордей обвёл комнату неспешным взглядом: трюмо, портрет, наполовину завешанный портьерой. С портрета на управляющего смотрела прелестная женщина. Можно было бы подумать, что на холсте изображена была Кити, но эту женщину отличали от Кити гласа с поволокой и волосы цвета вороньего крыла. Кити же, в отличие от матери, была светлоголовой и смотрела ясно и светло. Портрет погибшей супруги князя, в открытом от портьеры месте, покрылся внушительным слоем пыли.

Гордей провёл указательным пальцем по щеке покойной княгини, оставив четкую дорожку.

– Добрый день, ваша прекрасная светлость. Я ненадолго… Вы должны мне кое в чём помочь.

Гордей задул свечу и отложил. Заглянув в пару коробок, он вскоре нашёл то, что искал.

Из небольшого сундучка Гордей достал несколько миниатюр с изображениями титулованной родни княгини Элен Ольденбургской.

Управляющий с кропотливой серьёзностью рассматривал каждую и убирал обратно в сундук, пока при взгляде на одну миниатюру, на которой была изображена супружеская пара, губы управляющего не растянулись в торжествующей улыбке.

Вот оно!

Управляющий внимательно вгляделся в лицо женщины на миниатюре. Она хороша собой и молода. На миниатюре изображена счастливая чета Валевских.

***

Кити, сидя в комнате Мари, жадно разглядывала точно такую же миниатюру. Она не помнила мужчину и не помнила женщину, Мари, смотрящих на неё с изображения. Но общие черты лица мужчины и свои Кити приметила сразу.

– Это граф Валевский – твой двоюродный дядя, – пояснила Мари.

– Дядя совсем не похож на маму. Он похож на меня. Очень похож.

Мари заметили расстройство в словах Кити. Так хотелось девочке быть похожей на свою мать. Кити была безусловно хорошенькой и очень миловидной, но её мать Элен была истиной красавицей.

– Мой муж и твоя мама были очень похожи, – подбодрила девочку Мари.

– У них был схож характер, взгляды на определённые вещи, и они любили друг друга и во всём помогали друг другу. После гибели твоей мамы через год ушёл и мой супруг. Он довёл себя до такого состояния, что не мог жить дальше. Я не узнавала его в этот год. Он сильно выпивал и безоглядно губил себя.

Кити вновь, но уже с жалостью посмотрела на миниатюру.

– Карточный интерес в нём был всегда, – продолжала Мари, – но в этот страшный год он умудрился проиграть всё наше состояние и, заложив дом, проиграть и его…

– Какой ужас!

Кити всплеснула руками.

– Бедный дядя… Бедная вы…

– Чахотка унесла его очень быстро. Три недели. Слабый истощённый организм сдался за три недели. Я осталась одна с малышом на руках и матерью в почтенном возрасте. И теперь моё родовое имение уходит за долги…

– О, Господь всемогущий!

Глаза Кити наполнились слезами. Мари подсела к Кити и взяла её руки в свои.

– До меня дошли слухи, что князь ищет для тебя компаньонку… И я решила ею стать. Но стать такой, какую князь Ольденбургский хотел бы видеть рядом со своей юной дочерью, которая делает первые шаги в свете.

– Я понимаю, – шмыгая носом, произнесла Кити. – Papa никогда не принял бы вас такой, какой я вижу вас сейчас. Вы – очаровательны.

– Ах, Кити… Извини меня за этот маскарад, прошу тебя.

Мари крепко обняла Кити.

– Моя судьба не оставила мне выбора. Я ухватилась за эту идею, как за соломинку, и поплыла по течению.

Кити отстранилась от Мари и, глядя ей в глаза, заявила со всей серьёзностью:

– Я обещаю, графиня, хранить ваш секрет.

– Спасибо, милая, добрая Кити. Спасибо тебе. Ты можешь звать меня Мари.

– Наедине так и поступим.

Кити порывисто поцеловала Мари в щеку в знак их дружбы и продолжила:

– А можно последний вопрос?

– Слушаю тебя, Кити?

– Этот невыносимый запах лимона тоже часть маскарада?

Мари улыбнулась своей новой подруге. Она была безмерно рада, что может разделить свой секрет с Кити. И что самое главное, юная Кити не осудила её, а поняла и приняла.

– Мы чуть не позабыли о главном! – спохватилась Мари.

– О чём? – подхватила Кити.

– Сегодня твой первый выезд. Сегодня ты будешь впервые сидеть в ложе, в самом модном платье этого сезона, и тобой будут восхищаться даже артисты со сцены!

– О, Мари! Сегодня исполнится моя заветная мечта! Я услышу «Соловья».

И вновь Мари слышит об этом «Соловье»: «Что же это такое?!»

– Соловья! Ты не слышала соловьев? – не удержалась Мари.

Кити уж было хотела поведать Мари одну из легенд о сладкоголосом герое, но ее порыв прервал стук в дверь.