Читаем Коммандос полностью

Странные люди, по-тихому самолетом вывезти не могли? Оказалось, нет, но это уже гауптман пояснил, требовалось инсценировать гибель этого Марека. На границе при переходе это самая идеальная схема, так как его тело должно было попасть в руки немецким патрулям.

Очень уж меня заинтересовал этот еврей, и я продолжил колоть капитана, однако тот ничего так и не сказал, пока не скончался, видимо до него не довели эту информацию. А жаль, может быть, позже узнаю?

Теперь по той информации, что получил от живчика. Он тут окопался давно и создал свою агентурную сеть. В Шпице у него были завязки среди администрации городка, трогать их не стоило, серьезный след, и я их проигнорировал, однако в городке под названием Романсхорн в кантоне Тургау у него был еще один человек. Городок находился на берегу озера на границе с Германией и имел гавань. Так вот этот живчик еще лет семь назад серьезно подсадил на крючок и завербовал тамошнего писаря из администрации мэрии, а за эти годы тот неожиданно дорос до замглавы города. Вот эта информация была интересной. По несколько раз расспросив, как к тому подходить и что говорить, я внимательно наблюдал, запнется ли при повторе живчик или нет. И я отправил его следом за остальными. Живчик оказался действительно живчиком, две пули в груди, а все же ушел последним.

После того как тот захрипел и умер, я достал щипцы и нож и приступил к извлечению пуль. Потом я перенес тела наверх, уложил их по кроватям, принял душ, правда вода была холодная, но я не в претензии, снова оделся в свою одежду — снимал ее перед грязной работой — и, подняв с пола две сумки, вышел во двор.

Остановившись во дворе, я посмотрел на мотоцикл. Конечно, было желание прибрать его к рукам, но как появилось, так и пропало, это не просто след, это следище. Вон у меня в сумке штук на сорок таких мотоциклов. Присланные агенты и резидент были богатенькими буратинами и поделились тем, что у них было. Оружие я не брал, не хотел, чтобы след привел ко мне, да и своего хватало, но вот часть документов с пустыми бланками, печатями и образцами местных документов прибрал, это сейчас не будет лишним. Пригодится.

Оставив сумки у ворот, я бегом вернулся, посмотрел на разлитое масло в гостиной и на кухне, которое уже пропитало пол и мебель, после чего чиркнул зажигалкой и стал поджигать занавески. Загорелись те не сразу, это не бензин, но когда вспыхнули, их уже было не потушить.

Выскочив на улицу, я подхватил обе кожаные сумки и, остерегаясь, рванул к дому, где встал на постой. Там спрятал обе сумки в зарослях дикой малины, еще днем примеченные, и побежал к трактиру.

Не было меня в нем всего минут сорок. Открыв дверь, пошатываясь, я вошел внутрь и, пьяно посмотрев на трактирщика, рявкнул:

— Пива мне!.. Уснул в кустах, когда отлить пошел. Пить хочу!

Тот, посмеиваясь, принес еще кружку пива, и я с ней просидел где-то около получасу, пока в дверь не ввалился какой-то мужик и не заорал, что дом Генриха горит, того самого живчика. Те, что потрезвее, сразу ломанулись, а пьяненькие пошли не спеша, вот к ним я хвостиком и присоединился. Пройдя полпути, я свернул и ввалился к хозяйке, она удивленная раздела меня и уложила спать, пообещав разбудить утром. Пьяным я особо не был — так, легкое опьянение, но играл знатно. Если будет расследование, этот пожар и гибель внутри четверых человек не должны были привести ко мне, я тут еще жить собираюсь.

Утром хозяйка, которую я застал на кухне, сообщила мне о пожаре и о том, что внутри уже обнаружены четыре тела. Мол, пожарные считают, что те не потушили печь и погибли от угарного газа, а потом уже сгорели.

Почесав не причесанную макушку, я хмуро выслушивал это тарахтение, внутренне радуясь: даже если будут проводить вскрытие, то пуль не обнаружат, я их убрал, да и гильзы собрал. Пусть стараются, от тел одни головешки должны были остаться. Дом хоть и каменный, но полыхал знатно.

Зевнув, я вышел на улицу и макнул голову в бочку с дождевой водой, чтобы немного привести себя в порядок. А то действительно немного мучает похмелье и сушняк. Смелый прыгал у меня под ногами. Немного поиграв с ним, я вернулся в дом — хозяйка позвала, завтрак был готов.

Завтрак сделал свое дело, и я вполне пришел в норму. Огорчил хозяйку тем, что решил двигаться дальше, однако и порадовал, что плату за второй день возвращать не надо, это мое спасибо за вчерашнее. Мол, не рассчитал сил, и вот так вот получилось.

Собрав вещи и попрощавшись с хозяйкой, я забрал велосипед и Смелого, после чего покатил вниз по улице. Там дальше в проулке у забора разрослась дикая малина, именно там я и спрятал все трофеи. Унести куда подальше я не успевал, иначе в легенду пьяненького паренька не вписывался, алиби и так было дутое, до первой проверки, поэтому пришлось рисковать.