Читаем Комиссар Дерибас полностью

Дерибас понял, что хотя он и спланировал всю операцию вплоть до мельчайших подробностей, однако над этим не подумал.

— Вам, конечно, нельзя, — сказал он нерешительно, — вас могут знать. — Оглянулся, увидел Артузова и сразу нашелся: — Вот сидит председатель. Лучшего нам не сыскать — Артур Христианович.

Менжинский улыбнулся тому, как Дерибас удачно вышел из затруднительного положения, и спросил:

— Как вы, Артур Христианович?

— А что ж, я могу. — Артузов тоже улыбнулся и подошел к Муравьеву, протянул руку: — Давайте знакомиться.

* * *

Квартира, на которой должно было состояться совещание мнимого эсеровского «центрального повстанческого штаба», находилась на Трубной улице в старом кирпичном доме. Просторная, богато обставленная комната на первой этаже, большие окна которой выходили во двор, была специально оборудована под зал заседаний: ряды стульев, стол для президиума. Окна зашторены.

Стояли самые короткие ночи, и в половине десятого, когда Дерибас и Артузов вышли из здания ВЧК, было еще совсем светло. Вечер был теплый и безветренный. На больших скамейках, установленных вдоль Рождественского бульвара, отдыхали москвичи. Кругом тихо и спокойно. Никто не мог даже предположить, что в столицу съехались антоновские главари, чтобы подготовить новую кровопролитную бойню.

«Совещание» было назначено на десять часов вечера. Дерибас и Артузов шли довольно быстро. Хотя квартира находилась недалеко, но они хотели убедиться, что все подготовлено к «достойной» встрече — оба привыкли вникать во все мелочи. Но беспокойство их оказалось напрасным: зал уже был заполнен чекистами. Сидело человек пятнадцать, все одеты в обычные штатские костюмы. В руках у них — карандаши и листы бумаги: ведь на «совещании» полагается вести записи. Кое-кто курил в коридоре.

Без пяти минут десять за стол президиума сели Артузов и Дерибас. Оба они были похожи на дореволюционных интеллигентов-народников. Особенно Дерибас со своей неизменной бородкой и длинными волосами — типичный социалист-революционер. Остальные уселись в зале, создавая тем самым видимость, что «совещание» начинается…

Вот и условный стук в дверь. Вслед за Муравьевым вошли Ишин и Эктов. Они громко поздоровались, и Артузов пригласил «гостей» в президиум.

Первым с информацией «центральному повстанческому штабу» выступил Муравьев. Он рассказал, как ему удалось установить связь с антоновским командованием, с каким почетом его принимали, какие настроения господствуют в этой армии. Не скупился на похвалы товарищу Ишину, который оказал ему большую помощь. Заканчивая свое выступление, он сказал:

— Более подробно о делах этой армии может рассказать товарищ Ишин.

— Эх, товарищ Петрович, — поднявшись со своего места, в сердцах произнес антоновский главарь. — Ты — член Центрального Комитета партии, а конспирации не научился!.. Ишин! Ишин!.. Нет здесь Ишина. А выступать буду я, Иванов Николай Петрович.

Ишин действительно приехал в Москву с документами на Иванова Николая Петровича, агента тамбовского губпотребсоюза.

— Товарищ Ишин, не волнуйтесь, — успокоил его Артузов. — Здесь все свои, и дальше этих стен ничего не уйдет. Говорите спокойно.

Многие присутствовавшие чекисты едва сдержали улыбку, глядя на то, как покраснел Ишин. Он оглядел сидящих перед ним людей, потоптался у стола и стал говорить. Сделал подробный доклад о социальном составе антоновцев, рассказал, откуда они черпают свои кадры, о принудительной мобилизации, о целях этого кулацкого движения.

Когда он кончил, ему стали задавать вопросы:

— Когда вы вступили в армию Антонова?

— После моего разрыва с Советской властью в 1919 году я перешел на подпольную работу в тамбовской организации партии социалистов-революционеров. В 1920 году стал создавать «Союз трудового крестьянства», вначале был организован губернский союз, затем сельские и волостные комитеты СТК. Все это явилось основой для действий армии Антонова.

— В чем заключаются обязанности «Союза трудового крестьянства»?

— Обязанности губкома СТК и главоперштаба Антонова строго разграничены. Штаб выполняет военную, оперативную и организационную работу, то есть руководит восстанием. Задачи комитетов СТК — чисто гражданские. Они наблюдают за порядком в деревнях, мобилизуют пополнение и осуществляют разверстку продовольствия для армии, творят суд.

При последних словах Ишина многие чекисты низко склонили головы, делая вид, что записывают. На самом деле они прятали глаза от этого бандита, так как хорошо знали, что это был за суд, каким мучениям и пыткам подвергали бандиты коммунистов и представителей Советской власти. Между тем Ишин вошел во вкус и рассказывал о планах и намерениях антоновцев.