Читаем Коматоз полностью

Тут во мне проснулась какая-то неловкость. Наверное, это было связано с тем, что из-за холода моё опьянение немного спало. На улице был март, но всё-таки в среднем температура не поднималась выше -15 днем и -20 ночью. Однако Вика сама завела разговор, поэтому через 10 минут неловкости уже не было. Я вспомнил о запасах отцовского алкоголя и предложил ей что-нибудь крепкое, потому что другого у меня и не было: папа предпочитал лишь высокий градус. Она не отказалась, и я смешал нам в стаканах водку с колой. Дальше мы решали, какой фильм включить на фоне, хотя оба понимали, что не из-за фильма мы оказались наедине в моей квартире. В этот момент в моей голове промелькнула мысль – как же с этим было проще в 19 лет. Всё-таки моральные устои в подростковом возрасте – вещь интересная, так как они ничем не отличаются от тех, которые у нас есть в 25 или даже в 30 лет, вот только юноши и девушки пытаются скрыть свои желания и подвести к банальному поцелую через огромные тернии, которые для меня с учетом опыта студенческой жизни казались такими долгими и бесполезными, что в какой-то момент я боялся поспешить и напугать Вику. В целом общение между парнем и девушкой похоже на рыбалку, только если в подростковом возрасте важно то, насколько аккуратно ты вытягиваешь свою добычу, рискуя упустить её, то, становясь старше, начинаешь понимать, что важно не то, как ты вытягиваешь, а то, на какую наживку ловишь.

Вика предоставила выбор фильма мне. Я решил включить «Реквием по мечте». В принципе я даже не задумывался, поэтому решил включить первое, что пришло мне в голову. Спустя 15 минут мы уже лежали, обнимая друг друга, и я решил перейти к более активным действиям: начал целовать её сначала в шею, а затем поднялся выше и поцеловал в губы. Я верил, что, возможно, сегодня у меня может случиться секс, о котором я уже начинал потихоньку забывать, так как из-за сложившейся ситуации добиться его становилось всё сложнее. Естественно, все мои попытки она отвергала, поэтому приходилось ограничиваться лишь поцелуями, но со временем её отстраненность угасала, и я всё ближе подходил к тому, чего на самом деле хотел.

Я не могу поверить, что постепенно раздеваю её, впрочем, она занималась тем же самым. Это было для меня в какой-то степени дико, так как ещё никогда в жизни у меня не было секса с девушкой, которая младше 18. А тут передо мной обнажённое тело 16-летней школьницы, а мне, по сути, уже стукнуло 29, а если учитывать мои периодические суициды, из-за которых приходилось проживать один и тот же день несколько раз, то все 30.

* * *

Это было интересно. Тело Вики ничем не отличалось от тех, с которыми мне приходилось спать до этого, так как в 16 лет люди уже полностью сформированы физиологически. Но всё-таки чувствовалась её неопытность, которая соседствовала с интересом. Это было больше похоже не на обычный половой акт, который происходит, когда два человека хотят удовлетворить свои животные и в какой-то степени эмоциональные потребности, а словно стало чем-то особенным, как минимум для неё, ведь в этом возрасте запоминается почти каждый секс, особенно если он с новым партнёром.

Мы лежали на кровати и разговаривали. Она всё чаще подводила к тому, что нам нужно начать встречаться. Я не стал этому препятствовать, потому что спорить было бессмысленно, а если просто соглашаться, то наутро уже ничего не будет. Правда, мне и самому было приятно ощущать этот внутренний трепет перед началом новых отношений. В какой-то момент, когда мы уже забыли про фильм, а стрелки часов давно перевалили за полночь, Вике позвонила мама и сказала, чтобы она возвращалась уже домой. До этого Вика сказала ей, что сидит у Кристины, поэтому мама отпустила её до такого позднего времени.

На часах было почти 3 ночи, когда я проводил её до дома и страстно поцеловал на прощание. Тогда я прощался с той, которая мне открылась и доверилась и которую я больше никогда не увижу, точнее, она будет обычной знакомой девушкой из моей школы, которая учится в классе вместе с Вадимом. Она точно останется на подкорке моей памяти, как и Аня, Маша, та девушка из театра и все другие девушки из коматоза, с которыми мне удавалось завести интрижку на одну ночь. Мне им всегда было легко открываться, так как они бы наутро всё равно ничего не вспомнили. Ведь когда ты открываешься, к тебе гораздо сильнее тянутся люди, а с девушками это очень важно. Намного приятнее общаться с человеком, а не с его подобием, натянувшим на себя маску.

Кажется, у меня какой-то странный пунктик насчёт масок. Не обошлось здесь без той самой, которая оставила свой отпечаток.