Читаем Командующий фронтом полностью

серая громада главного корпуса 8-й ГЭС с земляными насыпями эстакад. Отбитые снарядами куски железобетонных стен свисали на прутьях арматуры, словно клочья изорванной одежды. Изуродованный железобетонный бастион скрывал множество орудий и минометов. Они могли поражать точным прицельным огнем реку, несколько километров правого берега и плацдарм, оставаясь сами трудноуязвимыми. Так было осенью 1941 года.

— Осиное гнездо... Измаил какой-то,— зло проворчал Одинцов, отрываясь от стереотрубы.— Шестидюймовым снарядом не раздолбишь. Разбомбить надо.

Говорю в не ответил. Господство в воздухе принадлежало еще фашистам. Он думал о том, в какое время суток лучше форсировать р>еку. С рассветом? Таится угроза быстрого массированного налета пикирующих бомбардировщиков. Ночью? Это осложнит управление высадившимся десантом, огонь нашей артиллерии будет недостаточно точным...

Нанести удар надо было как можно скорее, и войска Говорова начали форсирование Невы 9 сентября. Однако в первые же часы боя сказалась поспешность в подготовке операции. Внезапности не получилось, дивизии не имели времени для скрытого сосредоточения, не избежали сутолоки на берегу. Во в рюмя двухчасовой артиллерийской подготовки огнем трюхсот орудий не удалось подавить огневую систему врага из-за невыгодного для нас соотношения сил и по недостатку времени для тщательной разведки целей.

В итоге первая попытка захватить плацдарм передовыми частями 46-й и 86-й дивизий была отбита противником.

Говоров сразу прекратил переправу войск и по-прюсил Ставку дать на подготовку пять суток. Можно

4»

4 В. В. Выяснений

представить себе состояние командующего, которому приходится докладывать в Ставку о срыве операции, зная, что соседний Волховский фронт ведет напряженные бои со свежими дивизиями Манштейна...

Подписывая вместе с Ждановым документ, Говоров хмуро заметил:

— Мало нам пяти суток, но больше просить не имеем права.

Ставка увеличила срок сама, потребовав разгромить манштейновскую группировку.

Вспомним, что в эти дни немецко-фашистские дивизии начали штурм Сталинграда: битва на Волге вступила в кризисный период.

А на Неве 26 сентября войска ленинградского фронта вновь форсировали реку. Командующий фронтом извлек уроки из прошлой неудачи для себя и заставил то же самое сделать всех: штаб, командиров дивизий, артиллеристов, летчиков, инженеров. В командование Невской оперативной группой вступил начальник штаба фронта Д. Н. Гусев, а все руководящие работники по родам войск стали на время помощниками Гусева; Говоров привлек к операции и моряков-балтийцев. Члены Военного совета фронта все дни подготовки сражения и во время боев находились в войсках.

На этот раз Говоров стянул в полосу форсирования Невы уже не триста, а шестьсот орудий и тяжелых минометов; сто шестьдесят орудий должны были прямой наводкой уничтожать самые близкие огневые точки.

Даже при переправе ночью совсем исключалась внезапность. Разведка доносила о движении новых фашистских частей к Неве. Не было сомнений, что Манштейн и Линдеман ожидали повторной переправы.

В отличие от первой попытки головные батальоны 70-й и 86-й стрелковых дивизий пересекли на лодках ; понтонах пятьсот метров Невы ночью под прикрытием более организованного огня. На вражеском бе-егу сразу начался тот неописуемый ночной бой в шшеях, где главным оружием становится граната, гомат и короткая, отточенная как топор, лопатка рхотинца. Плацдарм был захвачен. События разви-шсь с лихорадочной быстротой. Уже на следующий день Говоров получил разведсводку: среди пленных и убитых немцев оказались солдаты и офицеры новых двух пехотных и танковой дивизий. ,, Все последующие дни, одновременно с наращиванием сил Говоровым, Манштейн бросает в бой все новые силы своей группировки. В воздушных боях $ бомбовых ударах участвуют со стороны фашистов уже до трехсот самолетов в день. Ежедневные потери врага—до двадцати бомбардировщиков, у нас — десять-двенадцать истребителей.

1Г Говоров все дни и ночи на командном пункте Невской оперативной группы. Близится тот момент сражения, когда надо принимать серьезное решение.

В те дни в огневом бою в районе Невской Дубровки участвовало с обеих сторон более полутора тысяч орудий и минометов, около ста танков. Ожесточенность и непрерывность боя не позволяли даже убрать убитых. Потери гитлеровцев огромны, но и боевой порядок 86-й дивизии Федорова и 70-й Краснова на левом берегу настолько уплотнен, что каждая вражеская мина, каждая бомба, каждый снаряд находят себе не одну, а десять жертв. Командующий фронтом должен решать — что же дальше?..

30 сентября Говоров и члены Военного совета Кузнецов и Штыков обсудили сложившееся положение: Линдеман и Манштейн ввели в бой уже три новых

дивизии, перебросив их с Волховского фронта. Противник, продолжая наращивать силы, может сбросить с плацдарма наши ослабленные непрерывными боями части. И все же Говоров считает нужным продолжать изматывать силы врага.