Читаем Командир полностью

— Мало чего мы унесли. Как танки появились, комбат приказал разворачивать орудия, но не успели, орудия подавили танками. Кто успел спастись, разбежались по полю. Их расстреливали из пулеметов. Много там наших во ржи осталось. Раненых нет. «Максим», масксеть и немного продовольствия мы нашли вчера в небольшом брошенном артиллерийском доте, километрах в восьми отсюда, на перекрестке дорог. Очень удобное место и хорошо замаскированное. Немцы, которые непрерывным потоком шли мимо, его даже не заметили.

— Артиллерийском?

— Да, там стоит семидесятишестимиллиметровое орудие и полный погреб боеприпасов. Скважина с водой, продовольствие, под землей подведено электричество. Кубрик на десять человек.

— Почему не заняли дот, а ушли оттуда? — спросил я, на что старшина зло сплюнул:

— Товарищ старший лейтенант не разрешил! Приказал собрать продовольствие и уходить. Я просил остаться, врезать немцам, но он накричал на меня и сказал, что должен вывести людей из окружения целыми. Мне кажется, что он струсил. Ну а вечером, в сумерках нас нашел ваш старшина Васин и привел нас к вам на стоянку.

— Когда Васин вернется, немедленно отправьте его ко мне.

— Слушаюсь, — ответил старшина и, козырнув, направился к своим бойцам.

Проводив его взглядом, я задумался о том, что в любой группе окруженцев может оказаться немецкий диверсант. Швед тому пример. То, что старлей может оказаться подсадной уткой, вероятность есть. При этом, владея памятью Шведа, я знаю немалое количество лиц, проходивших подготовку и переподготовку в подразделениях Абвера. Тут мне пришла в голову мысль, как сдать нашим тех диверсантов, что были со мной.

Вернувшись на поляну, я объявил побудку. Народ, зевая, начал подниматься и приводить себя в порядок. Те, кто успел оправиться, пошли умываться к ближайшему ручью, о котором я не знал. Сходив вместе с бойцами и приведя себя в порядок, я объявил построение. Откуда-то появившийся Косолапов построил людей и, отбив три уставных шага, доложил:

— Товарищ капитан, группа бойцов построена. Двое отсутствуют, стоят на посту.

Я смотрел на этого подтянутого командира и думал: «А здесь вообще русские есть?» В том, что он меня тоже опознал, я не сомневался. Вынырнувший из-за малинника старшина Васин отвлек мое внимание. Махнув рукой, чтоб подошел и доложился, я снова повернулся к Косолапову. Его настоящие фамилию и имя я не знал. Так, сошлись пару раз в спарринге. То, что его нужно валить, было понятно. Похоже, он тоже только сейчас меня опознал — до этого в сумерках не успел рассмотреть, зато наслушался рассказов о моих подвигах. Сейчас он наверняка решил, что так диверсанты себя не ведут и не убивают десятками солдат Вермахта. Поэтому мы, пристально глядя глаза в глаза, отслеживали движения друг друга. Напрягшись, я мысленно пробежал по своему вооружению. Пистолет отпадает — попробуй его из жесткой кобуры достать. Пистолет-пулемет: снять с предохранителя, взвести затвор — и пожалуйста, стреляй, если Косолапов даст на это время. То, что он волчара тертый, было видно по его движениям. У старлея кроме кобуры с табельным ТТ другого вооружения видно не было, но то, что оно есть, я знал точно: должен быть второй пистолет и два ножа, один из которых метательный. Подходивший Васин насторожился и, остановившись, начал пристально нас разглядывать, при этом сдвинув ППД, висящий на плече, так, чтобы ствол оружия смотрел на Косолапова.

В строю началось недоуменное шевеление. Потом под чьей-то ногой громко щелкнул сучок… Косолапов среагировал мгновенно, спиной вперед отпрыгивая в дальний конец поляны и швыряя в меня метательный нож. Мое тело, повинуясь рефлексам Шведа, рванулось в сторону, уходя с траектории броска, и тут же коротко и зло рявкнул автомат старшины-пограничника.

— Всем стоять! — закричал я, поднимаясь с земли. Готовый рассыпаться строй послушно замер. — Что, товарищи красноармейцы, — чувствую, как на лицо выползает кривая усмешка, — вражеских диверсантов никогда не видели? — По растерянным взглядам понимаю: нет, не видели. Не приходилось. Ничего, даст бог, больше и не увидят. — Так вот смотрите внимательно. Таких, как этот, специально подсылают в группы окруженцев для их уничтожения. Так что будьте бдительны!.. Егоров! — подзываю старшину-артиллериста. — Немца раздеть, тщательно обыскать. Особенно внимательно осмотреть все швы, подкладки, подошвы. У него должен быть отличительный знак с опознавательным штампом или кодом. Все, что найдете, покажите мне. Я буду у ручья. Все, старшина, командуй! Васин, Молчунов, Суриков, за мной!

Подобрав МП и дойдя до ручья в молчаливом сопровождении старшины и бойцов, я отыскал местечко поудобнее, уселся и приказал:

— Докладывайте.

Старшина, будто встряхнувшись, спокойно заговорил: