Читаем Команда кошмара полностью

Проще говоря, намечалась небольшая война. В этом событии мне и моей группе отводилось просто прикрыть одно из направлений, не более. Тем не менее, понять Окалину я мог легко. Операции, подобные этой, всегда проводятся под покровом ночи. Любая пара рук и глаз не лишняя… в разрезе этой тайной войны.

Первые стычки уже шли. Не имея возможности быстро стянуть существенный перевес в силах, товарищ майор разбила подчиненных на небольшие группы перехвата, отправив первым делом в бой наиболее опытных из обычных бойцов. Мы, по сути, раскинули на лес сеть, заточенную под вылавливание определенной группы, переносящей контейнеры. Противник двигался через лес также небольшими группами, так что мы вполне могли втроем напороться.

Но не напоролись. Вышли к группе моих моджахедов, встревоженно озирающихся по сторонам. Им оперативной обстановки от Юльки не досталось, воевать умел только Слон, поэтому все, несмотря на сенсорные возможности отряда, сильно нервничали. И было с чего — треск автоматных «троек» и «двоек» тут, на полянке, был прекрасно слышен. Война в ночи, хех. И единственный способ надежно отделить своих от чужих — это светоотражающие полоски, наклеенные на нашу униформу в определенном порядке прямо во время перелета. Секретность, чтоб её.

Отняв первым делом у свалившейся мне на голову Трески гранаты, чем обрадовав девицу до умопомрачения, я затеял общий сбор. Чтобы счастье слишком уж не давило на межушное пространство панкушки, я позвал обеих сестриц Умаровых, а затем вручил их Довлатовой, назвав полученное трио летающим кораблем разведки и быстрого реагирования. Быстро опросив приданных нам в усиление бойцов, я проинструктировал феечек о их способностях, чтобы они впотьмах своих не зашибли, а затем отправил болтаться около верхушек деревьев со стороны предполагаемой атаки. В ту же сторону, пользуясь советами солдат, отправил и всех призраков Акриды, дав задание болтаться по местности с настороженным видом для отвлечения внимания. Сама писательница уже сидела в небольшом окопе вместе с телом патрулирующего по округе Конюхова и прикрывающим их Слоном.

Ну, а теперь усилим эту сомнительную инсталляцию…

Я превратился в туман, начав расползаться по окрестностям. Теперь за главного башкир, которому я оставил связь с Юлькой.

Неосапианты при всём своем желании (когда оно у них есть) не могут быть супергероями. Никак, это сказка. У суперов в кино и книгах обычно сбалансированные способности, дающие надежную универсальность для ежедневного героизма, а вот мы? Отнюдь. Именно поэтому «когти» таскают автоматы, именно поэтому у всех нас огнестрел. У врага тоже. Зачем, спросите, огнестрел, если неоген может выдать струю пламени метров на полсотни или там, скажем, лучи смерти какие-нибудь (Коробок! Сдохни!).

Так вот, объясняю вам, дорогая моя несуществующая публика. Видите Витю? Вот он, вокруг полянки разлегся в ночном белорусском лесу? Квадратов на пятьсот расщепырился? Видите? Ну, с высоты птичьего полета?

Вот и хорошо. А Витя — ни хера не видит! Нихерушеньки! Ни зги!

Потому что ночь. Потому что лес.

А теперь вспомните «Омского Выжигателя» и его «виртуозное» владение своими сферами? Правильно. Неогены — почти люди. Мы можем что-то мочь, но почти во всех случаях наши органы чувств остаются обычными. Поэтому даже многоталантливая, хоть и бестолковая, Треска сейчас висит где-то возле верхушки дерева, тревожно вслушиваясь в сухой треск очередей, доносящийся издалека. Она ничего не видит. Она может только висеть в воздухе, быть невидимой и… держать сестёр, которые вполне неплохо ощущают пространство.

Полчаса прошли практически незаметно. Вся наша компашка даже умудрилась слегка расслабиться, оставаясь, тем не менее, готовой к… чему-нибудь. Как минимум, морально.

…но готовыми к тому, что всё пойдет по-американски, мы не были ни разу.

Дерьмо, как говорится в Пендосии, взбурлило внезапно.

— Изотов! — напряженный голос Окалины в ухе Слона привлек мое внимание, — Бери моих пацанов и мухой в Б-три… нет, Б-дв…

Шипение в ухе напрягшегося башкира, поводящего по полусфере своего сектора автоматом, внезапно сменило тональность, как и тон голоса майора.

— …всем! Циркулярно! Квадрат Б-2! Код Ахинея! Повторяю! Код — Ахинея!

Что за код я узнал буквально через минуту, когда мы снова бежали в ночи. Точнее, бежали парни, а я, бросив пару успокоительных слов башкиру, летел вокруг них, слегка уплотнившись.

— Ахи-не-я, — прерывистым голосом бормотал один из парней, — Это — всё! Противник! Максимальной! Опасности! Валить! Всех! Всем! Чем! Можно!

— Круче… — вторил ему второй, — Не! Бывает!

Я сам не понял момента, когда оказался посередине хаоса. Тьма, лес, ночь, бешено мечущиеся лучи фонариков, стрекот автоматов и пистолетов-пулеметов. Вспышки и хлопки, свет от активируемых способностей и глухие вскрики людей. Всё это превращало белорусский лес в карнавал ужасов, на которых я в своей форме был совершенно лишним гостем.