Читаем Команда полностью

Ранним воскресным утром мистер Ксенофилиус Лавгуд, редактор и владелец общеизвестного издания «Придира», возвращался от реки с полным ведерком плимпов. Он не особенно любил зимнюю ловлю — руки стынут, да и экземпляры в основном попадаются невеликих размеров, но к ужину обещал заглянуть Артур Уизли, большой любитель плимпов, правда, упорно называющий их раками(1). На все попытки Ксенофилиуса объяснить разницу сосед лишь пожимал плечами и выдавал что-нибудь вроде: «Тебе дай волю — ты из флобберчервя сенсацию слепишь». Потратив на вразумление невежды не один вечер с браун-эйлом(2) и плимпами во главе стола, Лавгуд махнул рукой. В конце концов, вкус у предмета спора от соседских заблуждений хуже не становился.

Предвкушая сладкий дообеденный сон, Ксенофилиус вошел в кухню, водрузил ведерко с уловом на стол и замер в недоумении: лестничный проем слабо светился. Поразмышляв с минуту на тему вредиклисов и мозгошмыгов, редактор решительно поднялся наверх. На полу посреди кабинета спиной кверху лежала стройная светловолосая девушка и, покачивая согнутой в колене ногой, что-то увлеченно рисовала на прикрепленном к планшетке пергаменте. Ксенофилиус перевел дух.

— Луна?

— Здравствуй, папа. Ты почему не спишь?

— А ты почему не в Хогвартсе?

На лице дочери появилась ее обычная мягкая, слегка отрешенная улыбка.

— Сегодня воскресенье, уроков нет. А у меня на руках интересный материал, вот и пришла. Дома мне лучше думается. Посмотри.

Пергамент Луны кишел огнедышащими пастями и чешуйчатыми крыльями.

— Помнишь, год назад мы публиковали статью о Херефордширском заповеднике? Он наверняка примет участие в Ярмарке. У нас многие собираются на открытие, и я хочу напечатать для ребят памятки, как отличить настоящего дракона от дракона-оборотня. Поможешь?

— Что за Ярмарка?

— Разве ты не слышал? Драконья Ярмарка в Глостершире. Обязательно съезди, там должно быть интересно. Так как насчет памятки?

— Конечно. Ты пока заканчивай иллюстрацию, а я найду ту статью.

Час спустя Ксенофилиус крепко спал на своем диванчике, отгороженном от кабинета ширмой и заглушающими чарами(3). А в пяти шагах от него старенький типографский станок выплюнул в руки Луне первый экземпляр памятки. Правда, в обрамленном яркими летающими тварями тексте ни слова не говорилось о драконах-оборотнях. «Уважаемые господа! Отдел Международного Магического Сотрудничества и Отдел Контроля за Магическими Существами Британского Министерства Магии имеют честь пригласить Вас принять участие в Международной Ярмарке Драконов…»

Луна вздохнула и с грустной нежностью посмотрела на ширму.

— Я люблю тебя, папа.

— Регулус Арктурус Блэк.

— Вы уверены?

— Абсолютно. Я фактически не знал его: он был младше меня, да и фамилия к общению не располагала. Но имя «Регулус» ему не нравилось, друзья звали его «Рейби», он даже домашнюю работу так подписывал. Помнится, Минерву это жутко нервировало, она вовсю снимала баллы, но заставить парня соответствовать стандарту так и не смогла.

— Вот черт, а Джин с Гермионой головы сломали, обе уверены, что когда-то уже видели этот вензель. И я ведь видел, и Рон с близнецами — в комнате на Гриммо, где жили девчонки, висел портрет с инициалами вместо подписи. Гермиона спрашивала Сириуса об этом, но он не любил говорить о брате. Возможно, настоящий хоркрукс спрятан именно там, помнится, в куче хлама, что мы выгребли тогда из закоулков этого гадюшника, было и несколько медальонов. Пожалуй, стоит навестить Кричера.

— Непростая задача, учитывая, что там всегда ошивается кто-нибудь из фениксовцев.

Поттер внезапно помрачнел и отхлебнул своего джина. Снейп вопросительно поднял бровь.

— Гарри?

— Никто там уже не ошивается, — поболтал бокалом, наблюдая, как сталкиваются в прозрачной жидкости кубики льда, — неудивительно, что директор вам об этом не сказал. Не решился, видать, расписаться в очередном предательстве.

— И что на этот раз? — Снейп усмехнулся, — бога ради, не старайся щадить мои чувства, вряд ли это хуже того, что я уже знаю.

— Перед Рождеством Орден Феникса срочно покинул Гриммо. Угадайте, с чем это связано, сэр.

— Странно. Тайну Фиделиуса невозможно выдать ни под какими пытками. Или… он что, решил, что я могу… добровольно?

Угрюмый взгляд, жесткая усмешка в ответ.

— Обязанность политика — просчитывать ВСЕ варианты. Даже столь невероятные.

Снейп откинул голову на спинку дивана, прикрыл внезапно повлажневшие глаза. Альбус, улыбчивая голубоглазая гиена. Значит, все твои заверения в абсолютном доверии — тоже ложь, на самом деле ты не верил ни секунды, наблюдал, отслеживал и ждал удара. Больно, очень больно. А казалось, все уже отгорело и ушло… Альбус…

Поттер молча вложил в руку учителя полный бокал.