Читаем Команда полностью

— И что мне с ней делать?

— Кайса будет работать, — сообщила эльфийка, по-хозяйски оглядела кухню и полезла в холодильник. — Леди Нимфадора позволит Кайсе приготовить обед?

— Э… обед?

— Начало двенадцатого, кисенок, ты так сладко сопела, что мы с Тедди отправились завтракать к тете Хелле. Ему очень понравилось козье молоко. — Люпин подмигнул эльфийке. — Конечно, Кайса, ты можешь приготовить обед. Уверен, у тебя нет привычки опрокидывать в суп пакет с перцем.

— Рем!

— Она теперь член семьи, дорогая, какой смысл прятать очевидное. Кайса, моя жена патологически неуклюжа.

— Госпожа велела передать леди Нимфадоре, что леди Нимфадора станет отличным аврором, если научится смотреть себе под ноги. — Домовуха вытащила с нижней полки большую кость с ошметками мяса. — Хозяева держат собаку?

— Это моя. — Ремус напрягся. — Сейчас полнолуние. Я оборотень.

Эльфийка деловито кивнула и сунула кость обратно в холодильник.

— Старый хозяин дружил с оборотнями. Кайса приготовит бифштекс с кровью.

— Я не ем…

— Ой, ладно врать-то, ты обожаешь с кровью. — Тонкс скорчила ехидную рожицу. — Раз уж тут все свои… Кайса, почему Беллатрикс решила подарить тебя мне?

Домовуха на миг оторвалась от сортировки кастрюлек и презентовала хозяйку угрюмым взглядом через плечо.

— Леди Нимфадора не должна беспокоиться, эльф не способен причинить хозяину вред…

— Я знаю. — Тонкс помахала дарственной. — Большая Гоблинская Печать! Но почему? Мы враги! Из-за нее я месяц провалялась в Мунго!

— Госпожа приносит свои извинения, она тогда не знала, кто такая леди Нимфадора.

— Двоюродного брата госпожа тоже убила по ошибке?

— Это была случайность. Госпожа очень сожалеет…

— Так я и думал, — пробормотал Люпин. — Воевать Петрификусом не в обычаях Беллатрикс.

— А что в ее обычаях? Заплатить бешеные деньги за эльфа и тут же от него избавиться?

— Не избавиться. Позаботиться. — Слезы в глазах домовухи вполне объяснялись самонарезающимся на выщербленной досточке луком. — Госпожа теперь здорова. Она легко злится и не хочет, чтобы Кайса попалась под горячую руку. Не хочет покалечить или убить. Кайса умоляла не отдавать ее, говорила, что с радостью примет смерть от руки своей госпожи, но она… — долгий всхлип, — она… сказала, у нее без того достаточно зарубок на совести. Моя бедная госпожа… — Эльфийка вытерла наволочкой глаза, взглядом отправила лук на сковородку и подозрительно обнюхала добытое из холодильника мясо. — Мороженое… нехорошо. Леди Нимфадора позволит Кайсе вести хозяйство? В доме нет моркови, шалфея, розмарина…

— Тут много чего нет. — Люпин, не отрываясь, следил за пляской кухонного ножа, с невероятной скоростью наполняющего глубокую миску серпантином картофельной кожуры. — Мы… небогаты.

— Кайса умеет быть экономной. Но продукты нужны качественные, леди Нимфадора ‒ молодая мать. Этот дом принадлежит хозяевам?

— Сняли на месяц…

— Значит, обои менять не будем. Вечером Кайса почистит потолки…

— Погоди, подруга. — Тонкс снова забралась в кресло, натянула подол ночнушки на коленки. — Прежде чем ты нас всех построишь, запомни, пожалуйста, Главное Семейное Правило. Твою новую хозяйку зовут Тонкс. Можно леди Тонкс, но ни в коем случае не госпожа Тонкс. И упаси тебя Мерлин еще хоть раз обозвать меня Нимфадорой!

— Альбус, добрый день. Как ваше драгоценное здоровье?

— Благодарю, Филиус, хорошо. Передайте, пожалуйста, майонез.

— Чесночный соус превосходен, рекомендую. Жаль, вы пропустили завтрак, почки эльфам определенно удались.

— Дела.

— Понимаю. Вас искал Северус, просил передать, он будет занят в лаборатории до вечера. Какой-то важный эксперимент.

Альбус кивнул и уткнулся в тарелку, гася в супе соблазн замазать превосходным чесночным соусом доброжелательную улыбку маленького профессора. Аппетита не было, ноги гудели от усталости, пробирка со злополучным порталом по-прежнему лежала в кармане. Важный эксперимент. Спасибо, Филиус, я уже в курсе…

Завтрак он в любом случае намеревался пропустить, потому как всю ночь просидел за столом, наводя марафет в архиве ‒ непросто за неделю качественно подготовить собственную смерть. Но стоило Альбусу подняться и сделать три шага в сторону лестницы, предвкушая последний в жизни сон, как тлеющие в камине угли позеленели и по ковру покатился чуть подпаленный с краев пергамент. Сдержанно выругавшись ‒ кому неймется в пять утра?! ‒ Альбус развернул свиток. Следующая его тирада вызвала одобрительное перешептывание мужской части портретного сообщества и возмущенное ворчание женской.

— Директор, право… — Дайлис Дервент, прижав ладони к порозовевшим щекам, силилась разглядеть текст записки. — Мы хоть и почившие, но все-таки дамы…

— Прошу прощения, Дайлис. — Альбус швырнул пергамент на стол и призвал дорожную мантию. — Один непоседа изволил оповестить меня о своих планах на субботнее утро. Очевидно, он рассчитывал, что я сплю.

Нарисованная целительница беспокойно нахмурилась.

— Примите зелье, не то уснете на ходу.

— Благодарю. И что бы я делал без вашего замечательного тонизирующего…

Послание гласило: «Альбус, у меня срочное дело в Лондоне. Вернусь к завтраку. СС».