Читаем Команда полностью

— И все же сравнение с двумя истеричными подростками женского пола мне совершенно не льстит, — Снейпу ужасно хотелось схватить этого невозможного остолопа за плечи и хорошенько потрясти, но вместо этого он выдернул из воздуха два зеленых китайских шарика и принялся вращать их в ладони, перебирая длинными пальцами, прикрыв глаза и стараясь сосредоточиться на мелодичном звоне. Поттер сидел тихо, как мышка, дожидаясь окончания сеанса.

— Релаксация?

Снейп убрал шарики.

— Сигареты мне, как зельевару, противопоказаны. Если ты кому-нибудь…

— Ну что вы, Северус! Эту технику нам посоветовала Чжоу, когда Команда обучалась окклюменции. Ребята до сих пор ею пользуются в моменты душевного раздрая, хотя я, например, предпочитаю четки.

— Перестань мне зубы заговаривать. К чему вы с Грейнджер и Лавгуд пришли?

— Собственно, ни к чему. Выяснилось, что таинственные девять процентов моего потенциала как раз и составляет эта Магия Жертвы, и поделать с этим ничего нельзя.

— Девять?

— Еще четыре — квиддич, а остальное — тот же набор, что у вас, исключая зельеварение.

— Мои тринадцать процентов.

— Ага.

— Ты уверен, что твои самоубийственные рефлексы нельзя как-нибудь заблокировать? С такой кармой ты и Волдеморта кинешься спасать.

— Северус, это данность, с ней можно только смириться….

— …и не лезть на рожон. Вполне понимаю стремление девушек запереть тебя в школе. А ведь Альбус догадывался.

— Да?

— Планируя твою вылазку в Тайную Комнату, он обмолвился, что способность жертвовать собой ты унаследовал от Лили.

Снейп не стал рассказывать, как долго спорил тогда с Альбусом, объясняя выходки Поттера-младшего бравадой, жаждой внимания и тягой к глупому геройству, но судя по мимолетной усмешке, Гарри отлично почувствовал недоговоренность и понял ее суть. Чертов мальчишка…

— Вечер добрый, — в двери появился Фред Уизли, окинул взглядом задумчивые лица и улыбнулся до ушей, — не помешал?

— Разумеется, нет. Что-то случилось?

— Ничего, просто через полчаса МакГонагалл придет, и мы с ребятами хотели перед этим немного порепетировать.

— У Эрни все готово?

— Даже слишком готово, нашу кухню просто не узнать, так что на перекусить в ближайшие пару часов не рассчитывайте. Да, чего я зашел. Профессор, вам письмо.

Помещение представляло собой нечто среднее между роскошной гостиной, средневековой оружейной и залом суда. Задрапированные темно-бордовым бархатом стены украшала великолепная коллекция мечей, сабель, алебард, кинжалов и прочих колюще-режущих предметов, рожденных двумя взаимоисключающими сторонами человеческой натуры — жаждой крови и тягой к прекрасному. С высокого, облицованного красным травертином потолка свисала на толстых цепях бронзовая люстра. Массивная мебель из темного дуба грозила продавить резными ножками каменный пол. Трое мужчин сидели в выставленных словно по линейке креслах, одинаково сложив руки на подлокотниках, их неподвижность и черные, классического покроя мантии смотрелись в этой мрачной обстановке весьма зловеще. Минерва в сотый раз переменила позу, пытаясь устроиться на жестком сидении поудобнее, но все было без толку. Где они умудрились раздобыть эти чудовищные раритеты? Пожалуй, не стоило задавать Макмиллану на выходные дополнительное эссе… Воображение у парня богатейшее, и почему, интересно, ему так тяжело дается трансфигурация? Впрочем, не факт. Тут все — не факт.

— Добро пожаловать в Серую Лигу, профессор. Я искренне рад видеть вас здесь, хотя и сомневаюсь, что вы окончательно определились с выбором.

— Прошу прощения?

Маленький, по сравнению с сидящим рядом Макнейром просто крошечный человечек чуть дернул уголком губ в намеке на снисходительную усмешку. Минерва прищурилась. Невыразительное, словно вуалью прикрытое лицо, скупые, схематичные движения, совершенно неопределимый возраст — ничего общего с Джорджем Уизли. Потрясающее изобретение этот Образ.

— Не трудитесь, профессор, вам не удастся меня узнать, хотя я учился в Хогвартсе. Ваше отношение к директору Дамблдору ни для кого не секрет, и мы отлично понимаем, что такая преданность не может испариться в одночасье.

— И тем не менее, рискнули пригласить меня сюда?

— Мы ничем не рискуем.

— Но и не выигрываете.

— Отчего же? Уолден уверен, что ваша реакция на историю с Северусом была абсолютно искренней. Следовательно, сюда вас привело не только и не столько поручение Альбуса, сколько желание узнать правду. Так?

Минерва хмыкнула.

— В интересное положение вы меня ставите, господин Командор. Если директор действительно потребует от меня отчета, мой ответ на этот вопрос прозвучит для него двусмысленно, какой бы из предложенных вами вариантов я ни выбрала. В первом случае я признаю, что собираюсь шпионить против Серой Лиги в его пользу, во втором — то же самое, но наоборот.

Командор кивнул, точнее, качнул головой в стиле китайского болванчика — подбородок вниз-вверх — и снова замер, будто любая попытка проявить живые эмоции грозила ему немедленным четвертованием.

— Истинно так. Вижу, Уолден не ошибся: если нам удастся реально заполучить вас в наши ряды, для Лиги это станет большой удачей.

— Вы мне льстите.