Читаем Команда полностью

— Криви, — попавший в очередной раз под взгляд провинившейся собаки Рон Уизли грозно нахмурился, — прекращай корчиться, не то обездвижу и отправлю обратно в подвал. Спать.

Колин поспешно отвел глаза, но тут кое-что вспомнил.

— Подвал… Там же эта…

— Кто?

— Ну эта… — изобразил руками огромные уши и картошкообразный нос, — министерский работник.

Мариэтта Эджкомб схватилась за голову.

— Блин, совсем забыла… Это она тебя выпустила?

— Да. Записка… и связать велела.

— Связал?

— Связал.

— Ну и пускай отдыхает.

— Э-э-э… а кто это?

Мариэтта зло усмехнулась.

— Не узнал? Мадам Генеральный Инспектор собственной жабьей персоной. Только под силенцио и в слегка подправленном виде.

— Амбридж?!

— Можешь пойти поздороваться.

Он во все глаза таращился на Мариэтту. Вот что, скажите на милость, здесь делает эта предательница? А может, не предательница вовсе?.. Малфой вон сидит. И вся эта разномастная компания словно единой цепью связана, будто нет у них никого ближе друг друга. И даже Снейп… Кстати, где он?

— А Снейп?

— Что Снейп?

— Он… настоящий?

Даже улыбка — невеселая, но удивительно светлая — у них одна на всех.

— Еще какой настоящий. Ты такого настоящего и не видел никогда.

Колин зажмурился, потряс головой.

— Ничего не понимаю.

Рука Джорджа слегка прихлопнула его по плечу.

— Объяснять завтра будем. Сейчас, сам понимаешь, не до того.

Странно. Слезы вроде закончились еще там, на крыльце. Почему же щеки опять мокрые? И никак не удается сдержать жалобный всхлип.

— Они ведь спасут его, правда?

— Спасут. — Малфой почему-то смотрел на Ханну Эббот. Ага, у нее тоже щеки блестят. — Снейп скорее сам загнется, чем позволит Поттеру умереть.

Снова тишина. Молчат они тоже вместе. И Колину до боли вдруг захотелось отменить, стереть свою случайность и хоть на секунду почувствовать себя здесь своим. Нереальная мечта. Кто он? Школьный клоун, фотограф-одиночка, неудачник и почти состоявшийся убийца Гарри Поттера. А они — сила, семья, команда. Память сотрут, и правы будут. Господи, как же не хочется забывать…

Шорох, шаги в коридоре. Колин даже не понял, сам ли соскочил с подоконника, или его сдернула рука Джорджа. Единым движением Команда поднялась навстречу Гермионе Грейнджер. Девушка устало опустилась на подставленный стул, взяла подсунутую Малфоем чашку, несколько невыносимо долгих секунд пила, и наконец вымученно улыбнулась.

— Все в порядке, все живы, все спят. Ребята, отнесите кто-нибудь Джин в кровать, у меня даже на левиосу сил нет.

Каковы бы ни были способности Снейпа в искусстве пить не пьянея, до Минервы МакГонагалл ему явно было далеко. На столе рядом с тарелочкой нетронутых оливок и полным графином содовой появилась уже третья бутылка, в голове Невилла шумело, конечности двигались в неприятной дисгармонии с приказами мозга, а у гриффиндорской деканши по-прежнему не было ни в одном глазу.

— Сорок лет, Северус, понимаешь? Я же на него молилась, а он меня едва сегодня по стенке не размазал. И врал, врал… сорок лет врал!

Недрогнувшей рукой наполнила до краев почти пустой бокал и осушила, словно стакан с тыквенным соком.

— Я поняла… ты же с самого начала знал, да? Он и Поттеров так… во имя высшего блага… Мерлин, какая ж я дура. Верила, больше чем самой себе, верила… Как ты смог его простить, Северус? Лили… Гарри с этими маглами… а Сириус, боже… И тебя Волдеморту… на блюдечке, хладнокровно… страшная смерть… Северус!!! — взвизгнула она, опрокинув бокал, и Невилл внезапно понял, что его декан пьяна в стельку, — ну что ты молчишь!

А что мне ответить, профессор? Я ведь даже находиться здесь права не имею. Это не мне вы сейчас душу раскрываете. Все что могу — моргать осоловело, старательно изображая невменяемость. Мне жаль вас, до смерти жаль, я все понимаю, вот только утешить вас не в моих силах. Потерпите уж, пока Гарри придет в себя, и Команда примет решение, к которому вы все равно еще не готовы.

— Минерва, ну что ты, перестань, все не так плохо.

Вздрогнула, будто от удара. Жестом бесконечной усталости смахнула на пол бокал и уронила голову на подставленные руки.

— Все очень плохо, Северус. Даже ты не понимаешь, насколько все плохо…

Он открыл было рот, но тут вдруг рядом запела волынка, и в камине взревело зеленое пламя. МакГонагалл отняла руки от лица, медленно выпрямилась, трезвея на глазах.

— Панталоны Гвиневеры, Альбус. Интересно, эта сволочь голубоглазая когда-нибудь спит? Северус, могу я тебя попросить…

— Конечно.

Вспышка отрезвляющего. Надо же, у Снейпа движение отработано до автомата.

— Надеюсь на ответную любезность.

Еще одна вспышка. МакГонагалл тяжело поднялась, окинула взглядом стол, задержалась на пятне от пролитого виски — и махнула рукой.

— Не все ли равно. У тебя неприятностей не будет?

— Он знает, что я здесь, поверь.

— Он все всегда знает.

Нет, не все, профессор, далеко не все…

— Джордж.

— Да?

— А почему Снейп так… за Гарри?

— У него спроси.

— Ты что! Я не самоубийца.

— Представь себе, я тоже. Слушай, чудовище, ты спать собираешься?

— Ага, сейчас.

Через три минуты.

— Джордж.

— Что?

— Вы вправду меня обливиэйтить не станете?

— От тебя зависит. Спи.