— Двенадцать дня? — стало до меня доходить. — Нет! Нет! Дайте мне двое суток!

— Это слишком много. Через двое суток не станет уже меня, если не будет второго камня. Все, ступай.

Как объяснить ему, что я не смогу через двенадцать часов ничего ему отдать, потому что через двенадцать часов я буду в другой жизни? Как спасти Игоря?! И как спасти своего клона, которого ровно в полдень убьют?! Ведь, если убьют вторую меня, то, надо полагать, конец придет и мне!

Он поднялся и направился к выходу. Меня больше никто не держал. Но чувство свободы не радовало. Я схватила Львовича за рукав его дорогого пиджака:

— У меня завтра утром важнейшая операция. Днем я буду отходить от наркоза. Дайте мне сутки. Или можете пристрелить прямо здесь и сейчас.

Не знаю, поверил он моему вранью или нет, однако, высвободив рукав, нехотя кивнул.

— Если через сутки, на рассвете, камня не будет… Сама понимаешь.

Забрав сумочку, верхнюю одежду и выйдя из казино, я тут же позвонила Игорю. Абонент не отвечал. «Боже мой, его сейчас бьют!» — изводила я себя пугающими мыслями, бегом двигаясь в сторону остановки. Затем поняла, что совершаю глупость: мне сейчас надо не домой ехать и не к Виталику, а в Зрячее. Именно там — я была уверена — покоится разгадка того, что со мной происходит. Про алмаз я уже не думала: была уверена, что искать его вовсе не имеет смысла, так как бабка хранила бы его в той же шкатулке, где я нашла драгоценности. Но Зрячее манило меня, я предчувствовала, что только там смогу все остановить.

Я вызвала такси, по дороге вспомнила, что кошелек-то у меня украли. «Вот крику будет», — рассудила я, но, сунув руку в карман пальто, неожиданно обнаружила там четыреста рублей с горстью мелочи. Точно, я ж в автобусе расплачивалась пятисотрублевой купюрой, а сдачу автоматически сунула в карман, потому что, достав деньги, кошелек тут же убрала обратно в сумку. Этого хватило. Расплатившись, я вышла из машины: ворота были заперты. А ключа у меня в этой жизни не было. Оглядевшись по сторонам, особо уделяя внимание окнам дома напротив (помнится, женщина сознавалась, что любит подглядывать), начала дергать сильнее, непонятно на что надеясь, потом и вовсе попыталась перелезть через забор. На десятой попытке силы меня окончательно покинули, я скатилась по стене на землю, да так там и осталась на ночь.

Суббота, 6 октября, жизнь № 1

Что-то мокрое было на моем лице. Я открыла глаза: капал дождик, а за плечо меня осторожно трогала какая-то женщина. Сев и приглядевшись, я ее узнала — это была соседка, которая дружила с Агриппиной Алексеевной.

— Девонька, ты никак погуляла вчерась хорошо, — предположила она. — Уснуть, не дойдя до дома пару метров. А ну вставай, а то простудишься.

Она помогла мне подняться.

— Ксения, — запоздало представилась я.

— А я баба Зоя.

— Очень приятно. Скажите, баба Зоя, вы ничего ночью необычного не заметили?

Женщина, кажись, испугалась неожиданного вопроса.

— Чего? Нет, не видела. А что такое? — расширила она глаза.

— Да нет, это я так… Я имела в виду Федора Иваныча.

— А, нет. Я его намедни видела и сказала, что хозяйка объявилась в доме бабы Груши. Чтоб знал, паршивец, что ему уже ничего не перепадет.

— А он чего? — спросила я уже из вежливости, так как разговор перестал меня волновать. Мне нужно было срочно заняться поисками разгадки.

— А ничего, сказал, знакомиться пойдет с ней. С тобой то есть.

— Ладно. Спасибо, что разбудили. Я пойду.

— Ты заходи, ежели чего, — с тревогой на меня глядя, произнесла соседка.

— Хорошо.

Во дворе и в доме ничего не изменилось. Где был мой клон? Жил ли здесь предыдущие сутки? Ведь проснуться вторая я должна была именно в доме. А уснуть, получается, ей пришлось возле ворот.

Я сделала себе кофе и устроилась за столом. Итак, камня было два. Оба кто-то, предположительно хозяйка этого дома, украл из городского музея. Вопрос: как они оказались в этом музее? Почему их не выкупил более крупный музей? И как она смогла их выкрасть? Нет, это уже три вопроса… Впрочем, так ли это важно? Главное, что мой злейший враг уверен: камня было два и они оба находились у Агриппины. А я нашла только один. Либо я нахожу второй до рассвета, либо… А даже если и найду, то что? Сколько раз он обещал оставить нас в покое, а в реальности дальше делалось все хуже и хуже? Искать второй камень — это не выход. Искать выход из сложившийся ситуации — вот выход. Вот этим и нужно заняться.

Подскочив, я достала из сумки мобильный и позвонила Виталику.

— Ксюха, наконец-то. Рассказывай, что там у тебя.

— Помнишь, ты как-то сказал, что мне придется остаться в одной жизни.

— Что? Нет, не помню. А когда я такое сказал?

— Давно. Я сказала, что не умею выбирать, в какой из двух жизней мне находиться, а ты сказал, что мне наверняка придется.

— Ах, ну да, может быть…

— Как это сделать?

— Что? Ты решила выбрать?

— Да. Мои ежесуточные переходы из одной жизни в другую не дают мне урегулировать конфликт с бандой. Я из-за этого едва не погибла, с трудом удалось оттянуть время до рассвета. Нужно будет всеми путями успеть вернуться к рас…