Читаем Кольцо времени полностью

Он просто исчезает, как и четыре его сына, ехавшие с ним. А вот дальше… дальше 1942 год.

— Германия, — догадался Стас.

— Не доказано, — отрицательно качнул головой профессор. — Только слухи.

Косвенные подтверждения в донесениях английской, русской и польской разведок, пара физиков, сгинувших в концлагере…

— Это и стало причиной для неопубликования документов? — не дал договорить Стас. — Разведслужбы?

— И это тоже, — согласился профессор. — Хотя, на мой взгляд, эти источники — я имею в виду агентов — весьма сомнительны. Главная причина, я думаю, кроется в том, что… историки опасаются спугнуть тех, кто сейчас владеет книгой. Если они поймут, что путь книги четко прослеживается и рано или поздно приведет к ним… Неизвестно, что они тогда предпримут. Книга снова может исчезнуть на столетия. Я же считаю, что чем больше информации в таком деле — тем лучше. Но это еще не все. Гримольди сказал, что найден дневник Бруно и он даже держал его в руках. В дневнике есть записи… нечто вроде пояснения… ключа к книге «О свойствах времени». Именно об этом дневнике Гримольди и хотел с нами поговорить. Но, видно, не судьба.

И вот еще что. Его последняя фраза… он сказал: «Я знаю, где и когда.

В течение трех дней мир может провалиться в тартарары». Конечно же, под этим может скрываться все что угодно, Гримольди так это сказал…

— Он нашел «алгоритм зла»? — удивился и обрадовался Вовка.

Профессор посмотрел на Вовку, не понимая, что тот имел в виду, перевел взгляд на Стаса.

— «Алгоритм зла»? — переспросил профессор.

— Есть легенда, — пояснил Стас, — что один монах в четырнадцатом веке вывел формулу, по которой… если точно знать о нескольких датах проявления зла и если есть уверенность, что это звенья одной цепи, то при помощи его формулы можно узнать о дате и месте…

— Следующего проявления зла из той же цепочки, — понял смысл профессор.

— Не знаю… возможно. Если он что-то и нашел, то теперь все не имеет смысла. Огонь все уничтожил.

Возвращаясь в гостиницу, Стас пытался представить, что почувствовал средневековый философ, когда ему удался опыт со временем. Гордость? Радость? Приступ мании величия? А может быть, страх? Ведь Бруно мог сделать открытие случайно, не понимая до конца, что и как «работает». Или же, наоборот, он все прекрасно понимал и осознавал всю опасность того, что может натворить род людской, попади в его руки это страшное открытие.

Когда все собрались у входа в ресторан, Бондарь объявил, что уже встретился со своим знакомым, и тот дал ему приблизительные координаты, где могут находиться катакомбы, ведущие к Подземному храму.

— Я позвонил ему, — рассказывал Бондарь, — и он сказал, что улетает в Штаты, самолет через два часа. Мне пришлось ехать в аэропорт. Там он буквально на пальцах объяснил, куда нам нужно ехать, сказал, что таксисты знают это место, но поедут только за большие деньги, и тут объявили, что посадка на его рейс заканчивается.

Слушая Бондаря, Юра отметил, что и Стас, и Тамара с недоверием отнеслись к его версии, но старались не показывать вида. Скорее всего, Бондарь просто не хотел знакомить их со своим приятелем. Странно. Что же это был за приятель…

Весь оставшийся день был отдан экскурсиям по городу. Сразу же после обеда поехали на главную площадь — Кампо деи Мираколи, где пробыли целый час, посетили национальный Музей святого Маттео, Музей набросков фресок, старое кладбище и уже под вечер пришли к Падающей башне.

Юра проснулся рано утром от громких воплей на улице. Он открыл глаза, глубоко вздохнул, потянулся и повернул голову. Бондаря в комнате не было.

Топорков поднялся с кровати, зевнув еще раз, сладко потянулся, подошел к открытому окну и полной грудью вдохнул ароматы итальянского летнего утра: запах зелени, свежесваренного кофе и сдобной выпечки из ближайшей кондитерской. Бондарь стоял внизу и громко разговаривал с водителем такси.

Воитель эмоционально жестикулировал и периодически взывал к Мадонне. Зажмурившись, Юра снова зевнул, лег животом на подоконник и окинул взглядом окрестности.

Они были великолепны.

Поднявшись с подоконника, Юра оттолкнулся от него и, вяло переставляя ноги, отправился в душ. После душа он присел на кровать и, достав из потайного кармана в дорожной сумке тетрадь, не без удовольствия перелистал ее. Тетрадь была неким подобием дневника. Поначалу Юра записывал материал для статей, которые собирался написать после завершения этой истории, но теперь собранного вполне могло хватить на неплохой роман. Полистав страницы дневника, Юра положил его на прежнее место, оделся и спустился в ресторан к завтраку.

Все уже были в сборе.

Когда компания вышла из гостиницы, улыбчивый водитель быстро выпорхнул из «Фиата» и, подняв крышку багажника, положил в него рюкзак Стаса, помог Тамаре сесть в машину и закрыл за ней дверцу. Бондарь занял место на переднем сиденье, остальные с трудом разместились на заднем. Через несколько секунд «Фиат» тяжело тронулся с места.