— А ты себя видел? — не остался в долгу Кубик. — Шахтер в забое и тот светлее.

Незаметно совсем потемнело. Товарищи устроились рядом и уныло замолчали, обдумывая ситуацию.

— Остается одно, — не выдержал Игорь, — может, к утру тебе полегчает, попробуем устроить пирамиду, вдруг, да повезет?

— Утро вечера мудренее, — согласился Владимир, баюкая больную ногу.

Впрочем, заснуть им так и не удалось. Только под утро чуть придремали. Несмотря на почти летнюю жару днем, ближе к рассвету продрогли. Да так крепко, что Абрек смалодушничал и попытался вновь запалить костер. Однако, памятуя о первой попытке, положил всего несколько сухих веточек. Увы, особого тепла не прибавилось, а вот дышать стало нечем.

Затоптав уголья, Игорь прислонился к широкой спине товарища и кое-как придремал.

Разбудил их не первый луч рассветного солнца. Проснулись от легкого шороха. Абрек вздрогнул и медленно, словно опасаясь увидеть нечто страшное, поднял вверх голову.

Однако, кроме чуть посветлевшего неба, разглядеть ничего не сумел. Решив, что почудилось, собрался вернуться к прерванному занятию, как вдруг уложенные внахлест на неровные жерди ветки, укрывающие провал, дрогнули и начали расходиться. Вернее, кто-то их убирал, причем, нисколько не заботясь о находящихся внизу пленниках.

Абрек с трудом увернулся от летящего ему в голову куска коры.

— Копец котенку, — тихонько пробормотал, словно опасаясь, что его слова могут услышать, Игорь.

Вовка не ответил, а только шевельнул ногой и поморщился.

— Кубик, спроси там, у подсознания, чего нам делать?

— Штаны снимать… — отозвался напарник.

Игорь глянул на увеличивающееся отверстие: — Очень смешно…

— А я серьезно, — повторил Владимир, неловко вытягивая из карманов мелкие предметы. — Штаны можешь оставить, а вот остальное лучше скинуть. Кто бы там ни был, только твой сотовый они, по любому, к делу приспособить не сумеют. А вот подозрений все это им точно добавит.

— В чем подозрений? — не сообразил Абрек.

— Да в чем угодно, откуда я знаю, что им в голову придет? Охотники это, пришли ловушки проверять. Сейчас они крепко удивятся… — Кубик торопливо заскреб осыпающуюся почву.

Наконец, Игорь сообразил и принялся вытаскивать из карманов безделушки.

— Слушай, и серебро тоже?

— Тоже, тоже, — скрипнул зубами Кубик, которому очень мешала больная нога. — Тупой, что ли? Да кто бы там, наверху, ни был, он, ты уж будь спокоен, и за одну монету голову открутит. Так понимаю, жизнь здесь куда дешевле серебра… А нас здесь и прикопают. От греха. Как говорится, нет человека, нет проблемы…

Засыпать имущество успели как раз к окончанию разбора на втором ярусе.

Мелькнула на фоне рассветного неба неясная тень, и в проеме возникло несколько темных фигур, вооруженных длинными кольями.

Повисла напряженная тишина, вызванная, очевидно, удивлением охотников.

Однако, уже через несколько мгновений люди заговорили. Между собой. Цокающие, совершенно непонятные, слова перемежались громкими возгласами, которыми следопыты выражали искреннее изумление. Наконец, обсуждение окончилось. Одна из фигур угрожающе взмахнула зажатым в руках колом и проорала нечто грозное, явно обращаясь к пленникам.

— Нихт. Нихт ферштейн, — от неожиданности Абрек перешел на немецкий, которым его усиленно пичкали в специализированной школе.

Впрочем, он с таким же успехом мог попробовать говорить и на фарси.

— Охотники вновь принялись галдеть, и уже куда дольше. Затем тени, закрывающие свет исчезли, а в проем начала опускаться длинная, с неровными перекладинами, лестница.

— Ну, что? — Абрек с силой выдохнул и помог товарищу подняться. — Как думаешь, что?

— Поживем пока, — Кубик болезненно скривился. — Хотели бы кончить, камнями б закидали и привет.

— Вот не везет, а? — он осмотрел ловушку. — Был бы нормальный, выбраться пара пустяков… Я б тебя почти до самого верха вытолкал. Ну, да теперь уже поздно…

Он придирчиво осмотрел место захоронки, перевел взгляд на Абрека: — Если и я такой же, то хрен они чего разберут… Мы, скорее, на лесную нечисть смахиваем.

Игорь провел ладонью по заляпанным глиной джинсам: — Да. И рожи у нас соответствующие.

Дождавшись, когда лестница коснется дна, Абрек помог другу доковылять к ней: — Как выбираться-то станешь?

— Фигня, на руках выберусь, — буркнул Кубик и легко подтянулся. — Дерфись шледом… — отчего-то шепеляво распорядился он.

Быстро перебирая мускулистыми руками, он выбрался на край и исчез из виду.

— Шустрый?.. — завистливо удивился Абрек и, резко выдохнув, полез следом.

Он уже почти выбрался наружу и протянул руку, чтобы ухватиться за последнюю перекладину, и тут почувствовал, как запястье руки оказалось в петле из тонкого сыромятного ремня. Рывок едва не вырвал руку.

Игорь рванулся следом, стараясь хоть как-то облегчить резкую боль в кисти.

Удар сзади заставил рухнуть на влажную от ночной росы траву, а сверху на него навалилось несколько одуряюще вонючих тел. Ловкие руки сноровисто обмотали его ремнями, упаковав словно мумию.

Глава 12