Читаем Коломба полностью

Мадам Александра. Болван! У него столько же вкуса, как у его папаши! Арман, дитя мое, ты взгляни на эти плечи. У малютки царственные плечи, а она их прячет… Господи, такими глупышками бывают только в молодости! Продолжайте, продолжайте, Наш Дорогой Поэт! Я слушаю… «Кто проведет тебя, о сердце, сквозь терновник?» Видите, я уже сразу запомнила… Позвольте действовать мне, милочка. Вы себя не узнаете! Жорж, дай мне мою шкатулку с драгоценностями.

Наш Дорогой Поэт(продолжает, пока мадам Александра возится с Коломбой).

Мадам Александра. Чудесно! Великолепные строки! Прекрасно!.. Арман, ты человек со вкусом, ну скажи, как она выглядит теперь, эта юная особа?

Арман. Да ее просто узнать нельзя, мама. Ты настоящая фея.

Мадам Александра(надевает на шею Коломбы ожерелье). Почему вы не носите драгоценностей, дурочка? На вас все хорошо!

Коломба. Потому что у меня их нет.

Мадам Александра. В ваши годы у меня их тоже не было. Но я накупала себе дешевые на базаре, конечно фальшивые, но зато они у меня были.

Коломба. Жюльен не любит фальшивых драгоценностей.

Мадам Александра. Не говорите мне об этом идиоте! Как вы могли выносить его в течение двух лет? Я выдержала его отца только месяц… Когда строят из себя ненавистников фальшивых драгоценностей, стараются побольше заработать, чтобы купить настоящие. Не сидят в Шалонском лагере за одно су в день и не оставляют жену на чужом попечении. Послушайте, Наш Дорогой Поэт! Это великолепно, это превосходно… Но я вот о чем хочу вас попросить… Вы знаете, кто эта малютка?

Наш Дорогой Поэт(с холодком). Да, Наша Дорогая Мадам.

Мадам Александра. Это жена Жюльена, которую он оставляет у меня на руках… Видите ли, мсье отправляется на военную службу… Вы понимаете, если бы я, которая каждое четырнадцатое июля декламирует на Елисейских полях «Марсельезу», если бы я их попросила, они немедленно отпустили бы его! Но мсье, видите ли, не желает! Очевидно, мсье, как и его папочка, обожает играть в солдатики. Только вот в чем беда, оставляет свою жену в Париже без гроша… Необходимо найти этой красотке работу… В наши дни все обязаны работать — цены так поднялись… Наш Дорогой Поэт! Великий Поэт!.. Раз уж вы все равно переделываете конец пятого акта… Знаете, о чем я подумала? Вы должны ввести мне в финальную сцену эту малютку… Я уверена, что у нее прелестный голосок… Так, пустяки, всего три-четыре строчки. Муза… Она, дитя ночи, приходит утешать Гаэтану… Наш Дорогой Поэт, с вашим талантом вы наверняка придумаете для меня…

Дефурнет(вдруг взрывается). Нет уж! Покорно благодарю! Все понятно! Значит, пускай театр раскошеливается! Нет уж! Премного благодарен.

Мадам Александра(оборачивается к нему в ярости). Потрудитесь замолчать, Дефурнет! Вы червь! Вы ничтожество! Вы сделаете так, как вам велят!

Дефурнет. Извиняюсь! Я тоже совладелец театра. Все основные расходы падают на меня. У нас все пополам. Я человек деловой и держусь договора… У вас, черт возьми, достаточно средств, чтобы содержать свою невестку без моей помощи. Вы и так захватите половину сбора.

Мадам Александра(вопит). Гнусность! Гнусное существо! Пусть убирается! Не хочу его видеть!

Дефурнет. Роли уже распределены. В пьесе тридцать два персонажа. Шестьдесят костюмов. Мы даже расходов не покроем. И речи быть не может, чтобы добавить хоть одну роль оттого, что ваша невестка, видите ли, сидит без гроша.

Мадам Александра(визжит). Дефурнет, вы думаете только о деньгах! Вы мне омерзительны! Я каждый вечер убиваю себя, отдаю сердце, все нутро свое выворачиваю ради вашего театра.

Дефурнет(вне себя от ярости). Выворачивайте бесплатно! Я вам до земли поклонюсь!

Мадам Александра(бледнея). Бесплатно? Теперь вы уже начинаете грубить? (Внезапно облекается в тогу величия.) Что ж! У меня мигрень. Сегодня я репетировать не буду.

Дефурнет(сражен). Наша Дорогая Мадам! У нас же двадцать второго премьера!

Мадам Александра. Не будет премьеры двадцать второго, вот и все.

Дефурнет. Но отступать невозможно, Наша Дорогая Мадам! Трулазак нас покидает с двадцатого, у него пьеса в театре Буфф.

Мадам Александра. Сыграем без Трулазака. Он достаточно плох! На этот раз сыграем без него.