Вэлура прекратила работу. Шакур был прав. Магия ушла отсюда. Портал Богов перестал существовать. Но он не исчез совсем; он переместился куда-то вместе с Дагнарусом. Она слышала голос своего любимого. Слабый голос, доносящийся из Кровавого ножа.

— Ты создашь армию, Шакур, — сказала она. — Могущественную армию. Но не для себя, не ради твоей славы и честолюбия. Ты создашь армию для Дагнаруса.

Шакур пренебрежительно засмеялся.

— Это еще не конец, Шакур. Он жив, — с такой убежденностью сказала Вэлура, что Шакур сразу же перестал смеяться. — Наш господин ранен и ослабел. Магия унесла его очень далеко отсюда. Но она не смогла его погубить. Он жив. И пусть мне понадобится на поиски не одна сотня лет, я его найду. А когда он вернется, его армия завоюет весь мир.

Эпилог

Баак был крупным самцом, но еще далеко не взрослым. Его тело, как и его мозг, продолжало расти и развиваться. Только этим можно объяснить, почему юный несмышленыш, решивший пойти погулять в одиночку, забрел в такую даль, что совсем заблудился и вдобавок сильно проголодался.

Более взрослый и опытный баак ни за что не полез бы в ту странную, напоминающую пещеру, дыру, которая неведомо откуда вдруг появилась в лесу. И пускай из дыры пахло магией (а бааки обожают магию не меньше, чем люди шоколад), взрослый баак сразу бы понял, что это — отнюдь не яркая и блестящая волшебная магия, которая легко пощипывает пальцы и приятно возбуждает тело. Это — совсем не та магия, что блестит и сверкает на солнце, а ночью согревает руки и сердце. Из дыры пахло магией богов; следовательно — опасной магией, если не сказать — смертельно опасной.

Конечно, взрослый баак, быть может, тоже залез бы в эту дыру, но только после нескольких дней наблюдения за ней. Он бы тщательно проверил дыру, бросая в нее камешки и проверяя, не выбросит ли Нечто их назад. Взрослый баак поначалу сделал бы жертвоприношение, бросив в дыру мертвого человека, или мертвого таана, либо какую-нибудь другую добычу, которая оказалась бы у этого баака под рукой.

Но когда баак-несмышленыш набрел на дыру, взрослых бааков рядом с ним не было. Никто не дал ему подзатыльник и не отогнал от дыры подальше. А его незрелый мозг еще не мог распознать запах, присущий богам. Он почуял лишь магию и устремился внутрь, думая, что это обычная пещера.

Однако эта пещера разительно отличалась от других пещер, знакомых юному бааку. Пол и стены в ней были на удивление ровными, сделанными из того, что на вид казалось серым камнем. Баак представил, что внутри пещеры находится сокровищница, полная разных диковинных вещиц. В поисках сокровищницы баак шел все дальше и дальше, но, кроме серого камня под ногами и по бокам, ему ничего не попадалось. Баак шел до тех пор, пока у него не иссякла смелость. А когда она иссякла, он вдруг почувствовал себя уставшим, разочарованным и очень-очень сердитым. Вдобавок у него болели ноги.

Баак со злости хватил кулаком по серому камню или тому, что казалось серым камнем. Ощущение было такое, словно он ударил кулаком по воде. Кулак прошел сквозь камень, и баак видел, как его пальцы шевелятся с другой стороны камня.

Тут баак испугался. Он понял, что совершил ужасную ошибку. Он повернулся, чтобы побыстрее убежать из этого жуткого места и вернуться домой, но оказалось, что путь назад и путь вперед выглядят совершенно одинаково. Он снова обернулся назад, потом повернулся еще раз, чтобы убедиться, правильно ли поворачивался назад и действительно ли он пришел из того конца пещеры. Пока баак крутился в разные стороны, он окончательно запутался.

От отчаяния баак громко завыл, надеясь, что кто-нибудь из взрослых разыщет его здесь и выведет из этого страшного серого места. Но никто не приходил, и через какое-то время у баака начало першить в горле и он замолчал. Он сел и немного поплакал: одинокий, потерявшийся, испуганный, а теперь еще и голодный.

Голод подсказал ему, что нужно вставать и идти дальше. Наконец в голову баака пробилась мысль, что, только двигаясь, он имеет возможность уцелеть.

Умственные усилия баака не остались без награды. Через какое-то время впереди блеснул солнечный свет. Баак хрипло завопил от радости и бросился вперед, выбравшись из серой дыры в лес. Баак был настолько доволен, настолько рад, что вырвался из серого плена, что немного поплясал. Он с таким чувством топал ногами, что деревца, росшие вокруг, зашатались и повалились на землю.

Только устав от пляски и подумав, что обеденное время давным-давно миновало, баак удосужился оглянуться по сторонам. И тут он, к своему неописуемому ужасу, обнаружил, что находится в совершенно незнакомом месте. Вокруг баака стоял сплошной лес, но он-то жил не в лесу. Он жил в пустыне. В теплой и знакомой пустыне, где полным-полно песка. В пустыне, где видно далеко-далеко и всегда можно заметить приближение врагов.

Баак попытался разобраться в том, что случилось. Скорее всего, в его отсутствие деревья продвинулись в пустыню и захватили ее. Иного ответа у него не было.