Читаем Колючий как еж, сладкий как мед(СИ) полностью

Кевин только до конца перетек и кинулся на стоявшего перед собой соперника. Микео лишь в бок уклонился и перехватил парня за шею, обеими руками вцепился крепко, основательно, и сдавил. Кот хрякнул, зашипел, задергался.

- Не лезь между нами, подстилка! - зарычал Микео. - И к нему не смей лезть!

На возню у двери прибыли два рослых сильных мужчины и молча стали отдирать Микео от его добычи, которая уже с жизнью прощалась в его руках. К слову это были альфы, но даже они вдвоем не смогли его отодрать. Шаки просто планомерно давил соперника, как делают это только шаки. Медленно, как змея, сцепив зубы и наваливаясь всем телом, и еще щитом бил в одно место, метя в ребра, задевая руку.

- Отцепись от него! - прилетел удар кулаком в лицо.

Микео вздрогнул и выпустил из рук горло альфенка. Поднял глаза на злого Ирвина и мгновенно метнулся к нему. Словил еще пару ударов. Но Микео словно в трансе пер на него ничего не ощущая. Даже пинки не отрезвили его. И через энное число ударов жертва была схвачена и в его губы впились долгим, властным поцелуем. Сильные руки прижали к себе, сжали сильнее и Ирвин забился в них не имея ни шанса вырваться.

Отстранившись от губ, шаки вдохнул его аромат и понял - мой. Никому не отдам. Мой. Он слегка ослабил хватку и заглянул в негодующее лицо.

- Никому тебя не отдам. Никому.

- Отпусти! - зарычал Ирвин перетекая.

- Нет! - рыкнул Микео и перехватил его поперек тела, приподнял прерывая перетекание. - Мой. Не отдам.

Он вытащил парня из дома Кевина, который был без сознания и протащил к машине. Ирвин шипел и сопротивлялся. У машины, Микео опять впился губами в губы парня, его в ответ укусили.

- Сладкий мой, - зашептал альфа, его руки стали обихаживать бока и сжимать попку, - сладкий мой.

Ирвин попытался вырваться, но куда уж там! Его затолкали в машину и удерживали щитом, против которого он не мог ничего противопоставить. И опять они ехали молча. Ирвин не мог говорить - щит мешал. Микео не хотел. Ему нужно было все его внимание - щит и дорога.

К дому Микео они прибыли через минут двадцать. Из машины он выцарапывал Ирвина с силой. Пришлось даже отцеплять его пальчики, словить пару ударов. Плевать. Сделать своим полностью, что бы никуда не мог уйти. Микео ловил его губы, ощущал свою кровь от его укусов и тащил в свое логово.

Ирвин брыкался и пинал его, царапался, грыз все те части тела, что ему попадались. И трансформироваться не мог. Его задавливал щит альфы. В квартиру они заползали долго. Ирвин цеплялся за дверь, косяки и упирался до последнего. Но в силе он проиграл. Его внесли в квартиру и заперли дверь на голосовой замок.

Дальше они просто прошли половину квартиры под вопли Ирвина, дрыгавшегося и болтая ногами на весу. Остальную часть его протащили волоком и свалили на кровать. Он извернулся и попытался уйти от загребущих рук, но его ждало разочарование. В комнате вдруг стало странно пахнуть. Микео заулыбался. Скинул плащ и костюм. Расслабил галстук.

Ирвин дышал часто и не понимал себя. У него тянуло низ живота, просыпался жар, как в течку, но до нее еще добрых два месяца. И все же, дыхание участилось, руки вспотели, аромат самца будоражил нос, посылал по телу мурашки.

- Малыш, иди сюда. - Микео расстегнул рубашку и Ирвин залип на его коричневые соски, на рельеф мышц, на него вообще. - Иди ко мне.

И Ирвин замер. Его тело возбудилось. Альфа заулыбался тяжелому дыханию, расширившимся зрачкам. Он смело подошел, провел рукой по шее и уложил на затылок. Присосался к губам. Ирвин приоткрыл рот, прижался всем телом к мощному партнеру.

Его целовали и тут же раздевали, распаляли и делали все, что бы он тихонько постанывая со всем соглашался. И Ирвин сдался на милость победителя. Его раздели и уложили на постель. Раздвинули ноги и мягко начали подготавливать. Смазка еще не выделилась, но Микео не спешил. Он смазал пальцы в геле, что пробуждал тело в ранней искусственной течке, и протолкнул их в попку шумно выдохнувшему Ирвину.

Парень прижал ноги к своей груди и замер ощущая, как его мягко дразнят внутри. А тело распаляется, смазка в родовом канале проступает, закупоривается пробка. Ирвин уже постанывает. И Микео не выдерживает сладости момента. Опускает его ноги на свои бедра, плавно вводит свою плоть и слушает стон парня.

Он мощно двигает бедрами, скользит внутри и через несколько толчков позволяет себе завязать узел. Ирвин мелко дрожит, стонет, цепляется за его руки. Сам же Микео отчетливо понимает, что его будут бить после этого очень сильно. В искусственную течку зачать сложнее, да и то, только под самый конец, ибо яйцеклетка не всегда готова. Но он готов рискнуть и узнает итоги только через пару недель, когда его зверь сможет ощутить в Ирвине часть себя. И уже тогда все, сладкий мальчик будет принадлежать ему, и никуда не денется, и никому не достанется.

Ирвин постанывал под ним, вцеплялся в его руки, подрагивал от ощущений. От необычных ощущений.