Читаем Колибри полностью

Пока Никита мылся, я принялась за одежду. Разбросав платья на кровати (кроме бирюзового), я уставилась на них, думая, какое надеть. Когда вода в душе выключилась, я взяла оба и вытянула перед собой.

– Никит? – крикнула я

– Что? – он выглянул из ванной.

– Какое мне надеть? – я потрясла платьями.

– Сиреневое, – не раздумывая, ответил он.

– Оно лавандовое, – буркнула я, отворачиваясь.

Справившись с платьем, я покрутилась перед зеркалом и поняла, что если надену чулки, буду светить ими на всю округу. Встав на шпильки, я цокнула каблуками по полу.

– Я почти готова!

Муж появился из ванной в одном полотенце, и я залилась краской. Он быстро оделся, пока я делала макияж, который получился слишком ярким. Посмотрев глазами панды на своё отражение, я поморщилась, но решила оставить всё, как есть. Выходя из номера, Никита накинул на меня своё пальто, пропитанное его парфюмом. Когда лёгкий ненавязчивый запах от Armani окружил меня лёгкой дымкой, я совсем расслабилась.

Словно ничего и не было.

Встретив Элджаса и Ханну в холле гостиницы, мы вчетвером вышли на улицу и направились к пиццерии на углу. Разместившись за столиком и заказав напитки, мы принялись изучать меню. Никита по–хозяйски приобнял меня, и водрузил одну руку мне на бедро, поглаживая его. Я хихикала как девчонка, когда он рассказал какой–то пошлый анекдот, и положила голову ему на плечо, пока он выбирал нам пиццу. Окончательно забыв случайную и ненужную встречу, я смогла улыбаться, как ни в чём не бывало.

Когда я услышала голос с лёгкой хрипотцой, обратившийся к нам, я подняла глаза. Моя улыбка тотчас сползла с лица, потому что я уставилась на Сашу, протягивающего мне мой телефон.

– Девушка, кажется, вы обронили.

ГЛАВА 32

До меня моментально дошло, что я забыла мобильник в особняке. В ужасе, я потянулась за трубкой и выхватила её у него из руки. Он довольно хмыкнул. Никита радостно сказал:

– Спасибо! Так приятно слышать здесь родную речь.

Я уставилась на него, ничего не понимая. Неужели он его не узнал?

Да, похоже, было на то. Саша продолжил:

– Кажется, я вас знаю? – кивнул он моему мужу, – Вы хоккеист?

Никита залился краской и отпустил моё бедро, протягивая руку:

– Да! – гордо выпалил он, – Это мои товарищи по команде Ханну и Элджас. А это моя жена, Алиса.

Твою мать, Никита!

Я готова была рвать на себе волосы, но вместо этого умоляюще уставилась на Сашу. Он кивнул и улыбнулся.

– Успехов на игре. И приятного вечера.

И был таков.

Я проводила его взглядом. Он уселся за столик в дальнем углу, присоединившись к большой и шумной компании. Босс не сводил с меня взгляда, нагло ухмыляясь.

Очень резко мой страх сменился злостью. Саша это заметил. Когда он поднялся со своего места и пошёл в сторону туалета, я резко подскочила, чем удивила всех за столом.

– Я сейчас приду, – выпалила я, проползая через Никиту, – Нужно в туалет.

Добравшись быстрым шагом до мужского сортира, я вошла в дверь и уставилась на бывшего босса. Когда я рванула на него с кулаками, он перехватил мои руки и втолкнул меня в дальнюю кабинку.

– Какого хрена?! – завопила я, – Зачем ты это сделал?

– Сделал что? Вернул тебе телефон? – он прижал мою спину к холодной кафельной плитке, – Ты хотела бы, чтобы твой олух позвонил, и я снял трубку?

Не выдержав, я вырвалась и залепила ему пощёчину. Она эхом отразилась от стен. В следующую секунду я очень сильно пожалела об этом, потому что одной рукой Саша снова схватил меня за запястья, прижав их к моей груди, а другой за горло. Его лицо сначала побледнело от ярости, а потом начало розоветь. Он втянул воздух, окружающий нас, и скривился.

– Сейчас ты вернёшься за столик, и тебе позвонят. Ты скажешь, что уходишь. Придумаешь на ходу. Моя машина на парковке за зданием, – сказал он, и его глаза почернели от ярости.

– Чёрта с два! – прошипела я, хватая ртом воздух.

Когда дверь туалета хлопнула, и я услышала звонкий смех Ханну и Никиты, мои глаза расширились от ужаса.

Саша растянулся в зловещей улыбке, ослабил руку на моей шее и произнёс губами:

– Какой неловкий момент?

Он отпустил мои запястья, и придавил меня локтем к стене. Я с трудом сдержала крик отчаяния, когда он шепнул мне на ухо:

– Или, можем рассказать ему прямо сейчас.

Попытавшись дёрнуться, я с ужасом поняла, что другая его рука переместилась с моего горла и спустилась ниже, двигаясь у меня под платьем.

Он шумно выдохнул мне в ухо, послав вибрацию и дрожь по моему телу. Я обхватила руками его предплечье, которым он вдавливал меня в стену, и вцепилась ногтями в ткань чёрной рубашки.

– Мать твою, да ты вся горишь, – зашевелились его губы у меня на шее, и он прижал меня к стене всем телом.

Когда два пальца скользнули внутрь меня, миновав преграду из моего скромного нижнего белья, я с трудом сдержала стон удовольствия, перемешанного с ужасом. Саша замер, прислушиваясь. Мой муж и его друг болтали о чём–то на финском. Я не поняла ни слова, потому что…

Потому что, этот неловкий момент, когда ты зажата в кабинке туалета своим любовником.

Губы скользнули по моей щеке, и мой мучитель снова прошептал: