Читаем Колибри полностью

Я поплелась в ванную, сняла пушистый халат и встала под душ. Намыливаясь, я думала над тем, что меня ждёт сегодня, и решала, как мне себя вести. Ничего, кроме как нацепить маску безразличия, не пришло в голову. Выйдя из душа, я привела волосы в порядок, и, вернувшись в спальню, посмотрела на свои разбросанные вещи. Сами понимаете, сумку я так и не разобрала. Я бросила взгляд на платья, валяющиеся на стуле, и сразу заткнула рот своему подсознанию.

«Даже не вздумай» – сказала я ему, и оно нахмурилось.

Я взяла тёмно–синие джинсы и достала чёрную водолазку из сумки. Надев одежду, я схватила резиновые сапоги и обулась. Взглянув на часы, я поняла, что провозилась почти два часа. Ненавижу свою стрижку.

Накинув на плечи ветровку, я закинула телефон, документы и кошелёк в сумку, перекинутую через плечо, и вышла из номера. Собираясь с духом, я решила спуститься по лестнице. От этой привычки я избавилась год назад, и вот, она вернулась. Выходя из гостиницы, я бросила последний взгляд на своё отражение в стеклянных дверях, и вполне успешно натянула на лицо ту самую безразличную маску. Но она сползла тот час, когда я увидела уже знакомый мне белый Мерседес.

Сердце учащённо забилось. Я моментально вспомнила, что означает фраза: «Бабочки в животе порхают». Желудок сжался, а ладони вспотели. На дрожащих ногах я пошла к машине, не обращая внимания на моросящий дождь. Когда я села на красное кожаное сиденье, мне казалось, что моё сердце стучит так громко, что его слышит весь квартал. И ещё несколько кварталов в округе.

– Ну, здравствуй, – проворковал бывший босс и улыбнулся, – Неожиданно.

Моё лицо вытянулось.

– Я надеялся, что мне придётся вышибать ногой дверь твоего номера, – он сделал многозначительную паузу, уставившись на мою грудь, – Вашего номера. В кино это выглядит зрелищно.

В моём мозгу опять закружились матерные выражения.

– Я, пожалуй, пойду, – выдавила из себя я, хватаясь за дверь, – И предупрежу охрану гостиницы, что ты меня преследуешь.

Дверь не открылась, потому что как только я за неё схватилась, щёлкнул автоматический замок.

– Ой, опять ощущение дежавю, – буркнул Саша, и тронулся с места.

Я пристегнулась и вцепилась в свою сумку, как будто она может меня защитить.

– Куда мы едем? – спросила я.

– На день рождения.

Я удивлённо заморгала:

– К кому?

– Скоро узнаешь, – протянул он и включил музыку на полную громкость.

Мои внутренности сдавило от мощного звука, который накрыл меня волной. Как вы думаете, что он поставил? Да–да, Макса. Который Барских.

Как вычислить, о чём вы подумали?

Между нами нелепые паузы.

Я снова ничего не придумаю,

И вы первой не скажете.

Есть музыка, которая ассоциируется у нас с определёнными людьми и событиями в жизни. Причём, эта музыка может нам безумно нравиться, но, когда человек, с которым она связана, исчезает из нашей жизни, мы начинаем тихо ненавидеть её. Я же ненавидела сильно. Настолько сильно, что возненавидела все песни этого исполнителя. А теперь представьте, что со мной стало, когда из динамиков продолжали вылетать слова:

Мы прячемся прямо под веками,

Боимся быть кем–то обмануты,

Боимся стать самыми первыми,

Мы будем никем не разгаданы.

Не выдержав этой пытки, я стукнула по приборной панели, и выключила звук. Саша вскрикнул:

– Ты с ума сошла? Не сломай машину. Мне её ещё в салон возвращать.

– Надо будет поцарапать её ключом. Или стекло разбить, – фыркнула я, отворачиваясь к окну.

– Ты хоть знаешь, сколько стоит аренда?

– Мне похер, Саша, – устало посмотрела на него я.

Он вздохнул, и вцепился в руль обеими руками. А я, молча, стала представлять, как я разбиваю кирпичом лобовое стекло, и оно разлетается на миллион осколков. Потом я ударяю по капоту, и на нём появляется огромная вмятина. Затем, я беру из ниоткуда взявшийся нож, и прокалываю этой машине все четыре колеса, а заодно провожу лезвием по дверям, оставляя глубокую царапину.

Замечтавшись, я не заметила, как босс свернул в сторону пригорода. Сейчас мы ехали прямо вдоль берега, и я невольно залюбовалась видом на озеро. Когда оно скрылось из вида за деревьями, я прикрыла глаза и провалилась в сон.