Читаем Колибри полностью

Променад был старым, бетонные плиты разбиты, и коляска подпрыгивала с каждым моим шагом. Хорошо, что у этого польского агрегата такая хорошая амортизация и Тео не просыпается от тряски.

На ходу я решила сменить мелодию на звонке телефона. Теперь – это композиция от Наргиз. Вздохнув, включаю оную в проигрывателе, и из наушников раздаются первые фортепианные аккорды, а потом моими мыслями завладевает мелодичный необычный голос, с небольшой хрипотцой.

Не сломана, но без тебя жила

Не сломана, я всё тебе дала

Откуда же порезы на губах

Откуда мы в тысячи шагах

Июль выдался на редкость жарким. Можно смело сказать, что в Эстонию пришло лето. Сейчас, в самый разгар дня температура воздуха была градусов тридцать, не меньше. Влажный воздух обволакивал горячей волной и словно лип к моему телу. Я зашагала медленнее, чувствуя, что привычный быстрый темп в такую жару даётся нелегко. Тео вообще лежал в коляске в одном подгузнике и футболке и всё равно его щёки были красными.

Я почти дошла до обелиска, который все именуют «Мечта импотента», как впереди замаячил до боли знакомый силуэт. В руках у него были два стаканчика кофе из Статоила.

– Привет, – сказал Саша, приблизившись.

– Привет, – ответила я, – А ты что здесь делаешь?

– Решил прогуляться и выпить кофе, – он протянул мне длинный стакан, – Держи.

– Спасибо, – я отпила глоток.

Двойной латте. Мой любимый.

– Как ты узнал, что я здесь? – вопрошаю я, но довольная улыбка не сползает с моего лица.

– Ты сама говорила, что обычно идёшь на променад, – пожал плечами Саша, и подошёл ближе.

На ходу он чмокнул меня в щёку. Градус моего удовольствия подскочил ещё выше.

– Но на самом деле, я установил в твой мобильник программу, которая отслеживает передвижения по GPS, – он гордо ухмыльнулся, а я не могла разглядеть его глаз за зеркальными очками.

В их отражении моё лицо вытянулось, и я взвизгнула:

– Ты, что?!

– Тише ты, ребёнка разбудишь, – хохотнул он, укладывая свободную руку мне на плечо.

Я возмущённо засопела и прошипела:

– Надеюсь, ты пошутил. Я не поклонница Кристиана Грея.

– Кого? – он нахмурился

– «Пятьдесят оттенков серого» не читал? – он покачал головой, и я закатила глаза, – Блин, Саша, ты вообще в каком времени живёшь. Это же бестселлер.

– Я не люблю сопливые романы, – он поморщился, но с его губ не сползала лёгкая ухмылка.

– Это не сопливый роман, – буркнула я, а он потёрся носом о мой висок.

– Так что там о Грее?

– О, он просто маниакально преследовал главную героиню. Прям таки, как ты. И имел склонность бить её флоггером.

Саша рассмеялся, правда не так громко, как он обычно это делал, чтобы не разбудить ребёнка.

– Я теперь понял, откуда у тебя такой богатый лексикон. Флоггер?

– Это такая плётка с кисточками… – начала я, но быстро осеклась.

Саша нахмурился и притянул меня ближе. Признаюсь, идти вот так, и толкать коляску было не очень удобно. Но зато приятно.

– Мне не нравятся плети. И вообще вся эта муть с подчинением не для меня, – сказал он.

– Звучит так, как–будто ты в теме.

– Немного.

Я подавилась кофе, и его рука с плеча переместилась мне между лопаток. Он постучал мне по спине пару раз, пока я не восстановила дыхание.

– Наверное, мне не стоило знать таких подробностей, – пробурчала я.

– Почему? – он вскинул брови, очки не смогли этого спрятать, – Я о тебе всё знаю.

Экхм, хм. Ну да. И это странно.

Тут Тео спас положение. Ну, точнее, он заплакал. Я остановилась, всунула свой кофе боссу, опустила козырёк коляски и расстегнула ремни безопасности. Саша довольно наблюдал за мной, когда я брала сына на руки.

– Ненавижу жару, – пробубнила я, когда Тео перестал плакать и вцепился дёснами в свой кулак, – И зубы. В совокупности – это ад кромешный.

– Опять плохо спит?

Я закатила глаза:

– Если это вообще можно назвать сном, – выдала я, покачивая Тео.

Это не сработало, и он уставился на меня своими синими глазищами с неподдельным интересом. Здорово, теперь придётся тащить его домой на своём горбу. Точнее, на руках.

– Может, тебе отпуск взять? – неожиданно предлагает Саша, и я хмурюсь.

– А мне разве положено? Я работаю всего два месяца.

– Ну, ты можешь взять не оплачиваемый отпуск в любое время.

– Ага, и жить на одну мамину зарплату. Нет уж, спасибо за предложение.

– Я буду давать тебе деньги, – говорит он, пристально разглядывая меня.

Ну, то есть, я не вижу его глаз, а только своё отражение в солнечных очках, но я физически ощущаю его взгляд. Странное ощущение, правда, сейчас оно стало привычным и иногда мне даже нравилось.

– Столько, сколько надо, – добавляет он.

Я молчу, по инерции качаю ребёнка, и перевариваю информацию. Предложение звучит немного двусмысленно. Нас ничего не связывает, кроме работы и секса. И он предлагает мне платить. За секс?

– Нет, – отвечаю я, собравшись с духом, – Если будет совсем тяжко, возьму больничный.

Я уже приготовилась к горячему спору, но он только пожал плечами и ответил:

– Как знаешь. Пойдём, я отвезу вас домой.

– У тебя автокресла нет, а с ним на руках ездить нельзя.

– Пошли, я сказал.