Читаем Колеса полностью

Вице-президенту по вопросам модернизации продукции редко удавалось загнать Адама в угол, и когда это у него получалось, он уж старался воспользоваться ситуацией.

– А как у вас складывается ближайший час?

– Да есть кое-какие дела, но не очень срочные. Разговаривая, Адам мог наблюдать из окна кабинета за движением транспорта на шоссе. Несмотря на раннюю пору, поток машин был уже довольно велик, хотя и не так велик, как час назад, когда рабочие спешили на заводы к началу дневной смены. Однако вскоре характер движения снова изменится, когда тысячи служащих, завтракающих сейчас дома, сядут в машины и помчатся на работу. Плотность транспортных потоков, прихотливо меняющаяся, словно ветер, всегда завораживала Адама – что неудивительно, поскольку автомобили, которые, собственно, и составляют этот поток, были его idee fixe <Навязчивой мыслью (фр.).>. Он разработал свою систему измерения густоты потока – подобно бофортовской шкале силы ветра – от единицы до десяти и, наблюдая движение транспорта, применял ее. Сейчас, решил он, густота потока равна пяти единицам.

– Мне бы хотелось, чтобы вы поднялись ко мне, – сказал Элрой Брейсуэйт. – Я полагаю, вам известно, что наш приятель Эмерсон Вэйл снова на орбите.

– Да. – Адам прочел сообщение о последних обвинениях Вэйла в “Фри пресс”, прежде чем вылезти из постели, и оставил газету возле спящей Эрики.

– Пресса просит прокомментировать его заявление. На этот раз Джейк считает, что мы должны это сделать.

Джейк Эрлхем был вице-президентом по связи с общественностью, и это его машина уже стояла в гараже, когда Адам приехал.

– Я с ним согласен, – сказал Адам.

– Вроде бы на меня возложили эту обязанность, но мне хочется, чтоб и вы присутствовали на встрече с прессой. Народу будет немного. Кто-то из Ассошиэйтед Пресс, девица из “Ньюсуик”, “Уолл-стрит джорнэл” да Боб Эрвин из “Детройт ньюс”. Мы примем их всех вместе.

– Будут какие-нибудь предварительные указания? – Обычно к пресс-конференциям, проводимым компанией, тщательно готовились: отделы по связи с общественностью разрабатывали списки возможных вопросов, которые изучались руководителями компании. Иной раз даже проводили репетиции, на которых чиновники, занимающиеся связью с общественностью, изображали репортеров. Большую пресс-конференцию обдумывали не одну неделю, так что люди, выступавшие от имени компании, бывали подготовлены к встрече с прессой не хуже президента США, а порой и лучше.

– Никаких предварительных указаний не будет, – сказал Элрой Брейсуэйт. – Мы с Джейком решили на этот раз не натягивать поводья. Будем отвечать согласно нашему разумению. И вы – тоже.

– Хорошо, – сказал Адам. – Вы хотите, чтоб я сейчас к вам зашел?

– Минут через десять. Я вам позвоню.

Адам выгрузил из чемоданчика бумаги, над которыми трудился вчера вечером дома, затем записал на диктофон инструкции своей секретарше Урсуле Кокс, которая со свойственной ей деловитостью займется всем этим, как только придет. Большая часть бумаг, которые он просматривал дома, как и инструкции Урсуле, относилась к “Ориону”. Как заведующий бюро по созданию новых марок автомобилей, Адам был связан с этой все еще засекреченной моделью и как раз сегодня должен был присутствовать на серии решающих испытаний, включая вибрационно-шумовые характеристики “Ориона”, на автодроме компании в тридцати милях от Детройта. По окончании испытаний Адаму предстояло решить дальнейшую судьбу этой модели, и он сговорился поехать на автодром с коллегой-дизайнером. Сейчас в связи с неожиданно назначенной пресс-конференцией он оставил Урсуле инструкцию перенести посещение автодрома на более поздний час.

Пожалуй, решил Адам, до начала пресс-конференции надо перечитать то, что наговорил Эмерсон Вэйл. В “предбаннике” вместе с горой почты лежали утренние газеты. Адам взял “Фри пресс” и “Нью-Йорк тайме” и, вернувшись к себе, разложил газеты на столе – на сей раз ему предстояло пункт за пунктом запомнить все, что сказал Вэйл накануне в Вашингтоне.

Адам однажды встречался с Вэйлом, когда журналист приезжал для выступления в Детройт. Как и многие люди, имеющие отношение к автомобильной промышленности, Адам из любопытства пошел его послушать, и еще до собрания ему представили Вэйла. К удивлению Адама, это оказался на редкость приятный молодой человек, вовсе не наглый и не колючий. И позже, во время выступления, Вэйл держался с достоинством, говорил легко и свободно, умело выстраивая доводы. Адам вынужден был признать, что Вэйл производит впечатление на слушателей и, судя по аплодисментам, которыми его наградили, большая часть присутствующих полагала, что не зря заплатила за входной билет.

У него был только один недостаток. Для любого специалиста многие его доводы выглядели столь же зыбкими, как продырявленная лодка.