Читаем Колдунья полностью

Во время ленча она обнаружила Дэни сидящей на ступеньках парадного входа. Tea примостилась рядом и открыла баночку купленного в школьном буфете шоколадного йогурта.

– Ты собиралась рассказать мне, почему ты знаешь всех наших в Вегасе, – напомнила ей Дэни.

Она говорила почти шепотом, потому что вокруг было много ребят. Tea вздохнула:

– Мы с Блейз сироты. У нее мама умерла при родах, у меня тоже. Они были сестрами-близнецами. Отцы у нас у обеих тоже умерли. Поэтому все детство мы провели, переезжая от одного родственника к другому, а летние каникулы проводили обычно у бабушки Харман. Но последние два года… В общем, когда мы перешли в старшие классы, нам пришлось сменить пять школ.

– Пять?

– По-моему, пять. Да, кажется, пять. Хотя, может быть, их было и шесть.

– Но почему?

– Из всех школ нас исключали, – призналась Tea.

– За что?

– Из-за Блейз, – объяснила Tea. – Она вытворяла… она жестоко играла смертными, парнями. И это всегда кончалось тем, что нас с ней выгоняли, обеих, потому что я всегда была настолько глупа, что брала на себя часть ее вины.

– Это не глупость. Это преданность, – тихо сказала Дэни и положила руку на колено Tea.

Tea глубоко тронуло такое непосредственное проявление понимания и доброты.

– В общем, в этом году мы жили в Нью-Гемпшире у дяди Галена и Блейз снова отличилась. На этот раз она выбрала в жертвы капитана школьной футбольной команды. Его звали Ренди Марик.

– И что же с ним случилось? – спросила Дэни.

– Он поджег школу ради Блейз.

Дэни издала звук, похожий на хихиканье, но тут же смущенно закашлялась, стараясь подавить довольный смешок.

– Извини. Конечно, в этом нет ничего смешного. Как это он ради нее поджег школу?

Tea устало привалилась к перилам.

– Блейз нравится лишать парней воли, сводить их с ума. В доказательство любви она заставляет их делать то, что они никогда не сделали бы в нормальном состоянии, – ответила она. – А главное, она не успокаивается до тех пор, пока совершенно не унизит и не растопчет избранную жертву. Ты бы видела Ренди. Он совсем свихнулся. Думаю, он уже никогда не оправится.

Улыбка сбежала с лица Дэни.

– Какая сила… Как у самой Афродиты, – с восхищением промолвила она.

«Это правда, – подумала Tea. – Великая богиня любви умела превращать любовь в опасное оружие, с которым весь мир можно поставить на колени»!

– Как-нибудь я расскажу тебе, что она сделала с другими ребятами. В некотором смысле Ренди даже повезло. – Tea вздохнула. – Короче говоря, мы переехали к бабушке, потому что родственников, согласных взять нас к себе, больше не осталось. Все решили, что если бабушка с нами не справится, то не справится больше никто.

– Но это же здорово! – воскликнула Дэни. – Я имею в виду, жить со Старшей Ведьмой. Моя мама настояла, чтобы мы переехали сюда, именно потому, что хотела у нее учиться.

Tea кивнула:

– Да, многие приезжают, чтобы перенять у нее мастерство или купить амулеты. У нее каждый год бывает по два ученика. Но с ней нелегко ладить.

– Так значит, Старшая Ведьма собирается приструнить Блейз?

– Не думаю, что хоть кто-то способен на это. То, что делает Блейз, исходит из самого ее естества. Она как кошка, которая играет с мышью. Но если мы снова влипнем в неприятную историю, бабушка отправит нас к тете Урсуле.

– В «Женский монастырь»?

– Да.

– Тогда лучше быть паиньками.

– В том-то и дело. Дэни, а что это за школа? Сможет ли Блейз здесь продержаться, как ты думаешь?

– Ну… – задумчиво протянула Дэни. – Я же говорила тебе, что здесь есть две ведьмы из Полуночного Круга. Может быть, ты их знаешь? Это Вивьен Морриган и Селена Лакна.

У Tea похолодели руки. Она видела Вивьен и Селену на летнем Шабаше. Обе были в черных мантиях, как и полагается молодым ведьмам из Полуночного Круга. Эти две девушки и Блейз – смертельно опасное сочетание, просто гремучая смесь.

– Если хочешь, я объясню им, что Блейз нужно держать под контролем, – предложила Дэни. – Или, если хочешь, можешь сама с ними поговорить. Они сейчас в буфете. Обычно мы собираемся там за ленчем.

– Не знаю, – колебалась Tea. Вряд ли можно было рассчитывать на помощь этих двоих, но попытаться стоило. – Хотя почему бы и нет?

Но, не дойдя до буфета, Tea остановилась как вкопанная перед большим плакатом на стене школы. На оранжево-черном фоне была изображена страшная морщинистая старуха в черном балахоне и остроконечной шляпе, из-под которой выбивались растрепанные седые лохмы. В самом низу было написано: «31 октября. Хэллоуин – День всех святых».

– Когда же наконец люди поймут, что ведьмы не носят остроконечные шляпы? – возмутилась Tea.

Дэни усмехнулась. На ее лице появилось нехорошее выражение.

– Знаешь, может быть, твоя сестра не так уж и виновата, что обращается с ними подобным образом.

Tea настороженно посмотрела на Дэни.