Читаем Колдовство полностью

Потом повернулся и направился опять в дом. Вздохнув, Кимберли вышла из патио в сад. Она и в самом деле не хотела еще возвращаться. Ее вдруг стали подавлять мысли об этих людей, глазеющих на нее, обсуждающих ее отношения с Кавеной, возможно пришедших к тому же заключению, что и Старки. Ей просто необходимо на время остаться одной. Правда, не стоит отсутствовать слишком долго. Похоже, Джулия, тетушка Милли, Ариэль, миссис Лоусон или даже Кавена со Старки заскучают и отправятся на ее поиски. Так много людей, которые будут беспокоиться за нее. К такому она не привыкла. Кимберли обернулась и взглянула наверх, удаляясь на прогулку в сад. Свет в комнате Скотта наконец погас. Пару часов назад его отправили спать, впрочем, против воли. Задача уложить Скотта в постель была поручена Марку, его будущему отцу. Кимберли заметила, что взгляд Джулии потеплел, когда та наблюдала за тем, как ее нареченный обращается с мальчиком. На краю сада Кимберли остановилась и стала вглядываться в темное здание винодельни в нескольких ярдах от каменной ограды. Несколько фонарей освещали прекрасные угодья перед зданием, где целыми днями толпились туристы. Задняя часть огромного сооружения скрывалась в темноте. Вот куда ей следовало пойти. В два счета она бы перебралась через низкую каменную стену. Подобное деяние включило бы сигналы тревоги и подняло переполох, который в свою очередь испортил бы сегодняшнюю вечеринку, весело подумала Кимберли. Тетушка Милли и Ариэль никогда не простят ее. Конечно, было самонадеянностью предполагать, что Старки хватил лишку сегодня и был не способен понять, что сработала система безопасности. Что же касается реакции Кавены, скорей всего он перекинет ее через колено, а потом потащит в постель, чтоб неповадно было еще раз выкинуть такой фокус. Один раз прощается. Неподчинение приказам во второй раз, наверное, не получит одобрения властелина и повелителя «Виноградников Кавены». Улыбнувшись своим мыслям, Кимберли неохотно пустилась в обратную дорогу через сад к патио, в сторону шумного ярко освещенного дома. Застывшая как статуя фигура в одеянии с капюшоном ожидала ее, преграждая путь. Кимберли была так поражена явлением темного призрака, что целую вечность не могла даже завизжать.

Застыв в лунном свете, эти двое уставились друг на друга, а потом фигура в капюшоне подняла обе руки, обнажив витиеватый серебряный кинжал.