Читаем Кокон (СИ) полностью

– …аах… – он так и не смог разглядеть его, поскольку глаза сами собой закатились, а тело охватило волной возбуждения, когда Акаши вошёл в него. Удивительно, насколько эти ощущения отличались от тех, что Куроко испытывал в последний раз во время течки. В беспамятной страсти он отдавался желанию, практически не видя и не ощущая любовника. Сейчас же все его мысли были сосредоточены лишь на нём. Ему даже показалось, что он никогда не желал Акаши, как желал сейчас. Наконец-то это перестало походить на звериное совокупление и бесконечную борьбу с похотью. Сейджуро двигался медленно, давая брату прочувствовать и насладиться каждым толчком. Его губы скользили по груди юноши и с нежностью обхватывали соски, а пальцы властно сжимали бока, прижимая его тело к столу и удерживая его. Тело Тецуи невольно подавалось ему навстречу, стремясь ощутить эти касания сильнее. Чувствуя это, Акаши куснул его на сгибе шеи и плеча, и юноша, не сдержавшись, закончил первым.

В тишине раздался смешок Сейджуро, и Куроко смутился, расслаблено лежа на столе.


– Я просто… – он попытался оправдаться, однако Акаши, прижав пальцы к его губам, покачал головой. Он вышел из юноши и, подтянув его тело к краю, опустился перед столом на колени. Тецуя судорожно вздрогнул, когда ощутил, как его губы скользят по внутренней части бёдер всё выше и выше, а, едва достигая паха, вновь отходят к коленям. Акаши и тут покусывал мягкую кожу, как показалось Куроко, не очень сильно. Тот намеренно не касался его плоти, замечая, что парень возбуждается сам лишь от игривых поцелуев. Акаши продолжал дразнить его до тех пор, пока юноша не начал напрягать бёдра и извиваться на столе.


Добившись желаемого, Сейджуро вновь поднялся на ноги и свысока посмотрел на смущенного брата. Тому было так неловко лежать перед ним обнаженным на столе, будто какое-то жертвоприношение. Однако Сейджуро решил долго его не мучить и снова начал медленно погружаться в разгоряченное тело.


– Акаши-кун… – Тецуя посмотрел на него томным взглядом и вытянул руки, желая заключить в объятья. На губах Сейджуро снова скользнула странная, даже немного устрашающая улыбка, но всё же он склонился и прижался к телу брата. Тецуя, слегка повернув голову и вытащив язык, облизал мочку его уха, а затем обхватил её губами, сладко посасывая. Похоже, брату это понравилось, судя по тому, как он нетерпеливо дернулся и толкнулся глубже, чем надо. Из-за вырвавшегося стона Куроко пришлось оторваться от него, а вскоре Акаши самолично завладел его губами, одной рукой стиснул его волосы, чтобы тот не двигал головой, а другой прижал обе руки к столу.


Удовольствие снова настигло их, но на этот раз это был не просто всплеск, который окатил с ног до головы и исчез. Это было похоже на удивительное бесконечное падение в пропасть, когда захватывает дух, а сердце щемит от страха. Из груди Куроко вырывались странные судорожные звуки, будто он задыхался. Его тело в конвульсиях сжималось, стараясь без остатка поглотить любовника. Акаши не двигался, однако так прижимал Куроко к столу, что тот не мог шевельнуться. Более того, он сам практически забрался на стол, пытаясь соединиться с братом как можно сильнее. Сейджуро тоже периодически вздрагивал, а его пальцы буквально впивались в запястья любовника. Удивительно, как стол не рухнул под весом их напряжённых тел, пребывающих в сильном удовольствии. Даже если бы они захотели оторваться друг от друга, то не смогли бы это сделать физически, настолько крепкой получилась сцепка.


Наконец, когда минуты умопомрачительного удовольствия подошли к концу, Акаши тяжело выдохнул и встал на пол двумя ногами. Его лицо было влажным от пота, а рубашка промокла на спине и груди, однако на губах продолжала играть слабая улыбка. Он склонился над братом, который будто находился в беспамятстве и едва различал, что мелькает перед глазами.

– Теперь так будет каждый раз, Тецуя, – мягко прошептал Акаши, целуя его в макушку. – Ты будешь сходить с ума от удовольствия вместе со мной…


========== Сила и власть ==========


– Тецуя. Если не поторопишься, то мы опоздаем. Забыл, что у нас сегодня игра?


Открыв глаза, Куроко не мог понять, прозвучали эти слова во сне или наяву. Он даже не сразу осознал, чей это голос, и лишь когда взгляд остановился на красноволосой макушке, вспомнил, что произошло.


– Да… – он медленно поднялся, ощущая, что его тело совсем не отдохнуло за ночь. Оно было обессиленным и напряженным одновременно, а внутри чувствовалась какая-то пустота.

– Или ты не будешь играть сегодня? – Акаши посмотрел на него сверху вниз, оценивая состояние. – Я найду тебе замену. Хотя, учитывая твои способности, это будет трудно сделать.

– Нет, я буду играть, – Тецуя постарался как можно бодрее подняться на ноги. – Просто выпью кофе и приду в себя, – пробормотал он, чувствуя неловкость перед братом и стремясь скорее покинуть комнату.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Смерть сердца
Смерть сердца

«Смерть сердца» – история юной любви и предательства невинности – самая известная книга Элизабет Боуэн. Осиротевшая шестнадцатилетняя Порция, приехав в Лондон, оказывается в странном мире невысказанных слов, ускользающих взглядов, в атмосфере одновременно утонченно-элегантной и смертельно душной. Воплощение невинности, Порция невольно становится той силой, которой суждено процарапать лакированную поверхность идеальной светской жизни, показать, что под сияющим фасадом скрываются обычные люди, тоскующие и слабые. Элизабет Боуэн, классик британской литературы, участница знаменитого литературного кружка «Блумсбери», ближайшая подруга Вирджинии Вулф, стала связующим звеном между модернизмом начала века и психологической изощренностью второй его половины. В ее книгах острое чувство юмора соединяется с погружением в глубины человеческих мотивов и желаний. Роман «Смерть сердца» входит в список 100 самых важных британских романов в истории английской литературы.

Элизабет Боуэн

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика
Рассказчица
Рассказчица

После трагического происшествия, оставившего у нее глубокий шрам не только в душе, но и на лице, Сейдж стала сторониться людей. Ночью она выпекает хлеб, а днем спит. Однажды она знакомится с Джозефом Вебером, пожилым школьным учителем, и сближается с ним, несмотря на разницу в возрасте. Сейдж кажется, что жизнь наконец-то дала ей шанс на исцеление. Однако все меняется в тот день, когда Джозеф доверительно сообщает о своем прошлом. Оказывается, этот добрый, внимательный и застенчивый человек был офицером СС в Освенциме, узницей которого в свое время была бабушка Сейдж, рассказавшая внучке о пережитых в концлагере ужасах. И вот теперь Джозеф, много лет страдающий от осознания вины в совершенных им злодеяниях, хочет умереть и просит Сейдж простить его от имени всех убитых в лагере евреев и помочь ему уйти из жизни. Но дает ли прошлое право убивать?Захватывающий рассказ о границе между справедливостью и милосердием от всемирно известного автора Джоди Пиколт.

Людмила Стефановна Петрушевская , Джоди Линн Пиколт , Кэтрин Уильямс , Джоди Пиколт

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература / Историческая литература / Документальное
Граница
Граница

Новый роман "Граница" - это сага о Земле, опустошенной разрушительной войной между двумя мародерствующими инопланетными цивилизациями. Опасность человеческому бастиону в Пантер-Ридж угрожает не только от живых кораблей чудовищных Горгонов или от движущихся неуловимо для людского глаза ударных бронетанковых войск Сайферов - сам мир обернулся против горстки выживших, ведь один за другим они поддаются отчаянию, кончают жизнь самоубийством и - что еще хуже - под действием инопланетных загрязнений превращаются в отвратительных Серых людей - мутировавших каннибалов, которыми движет лишь ненасытный голод. В этом ужасающем мире вынужден очутиться обыкновенный подросток, называющий себя Итаном, страдающий потерей памяти. Мальчик должен преодолеть границу недоверия и подозрительности, чтобы овладеть силой, способной дать надежду оставшейся горстке человечества. Заключенная в юноше сила делает его угрозой для воюющих инопланетян, которым раньше приходилось бояться только друг друга. Однако теперь силы обеих противоборствующих сторон сконцентрировались на новой опасности, что лишь усложняет положение юного Итана...

Станислава Радецкая , Роберт Рик Маккаммон , Аркадий Польшин , Павел Владимирович Толстов , Сергей Д.

Приключения / Прочее / Фантастика / Боевая фантастика / Научная Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика