Читаем Коготь химеры полностью

Док видел, что капитан нализался до чертиков, потому не счел нужным ввязываться в дискуссию и защищать дело, которому отдал десять лет детства и юности. Отчасти он был согласен с Сиротиным: в чистом виде нынешнее дзюдо — вид спорта. Но он-то, Док, параллельно занимался и карате. А шато кан — дело не шуточное. Док улыбнулся и вкрадчиво спросил:

— И что же, по-твоему, не срань?

— А… — Капитан пьяно поводил перед носом указательным пальцем. — Вопрос правильный. И не по-моему. Дзю-дзюцу! Только дзю-дзюцу! В европейской транскрипшн — джиу-джитсу. Единственное боевое искусство всех времен и народов! Между проччмм… его после русско-японской войны преподавали в русских школах для жандармов-филеров. Да… — Сиротин уронил хмельную голову на грудь. — Да… А я, знаешь ли, изучал в Японии школу госинрю. Да… — Капитан на мгновение отключился, даже всхрапнул, потом вскинул голову. — Хочешь, покажу?

— Ваня, тебе поспать надо, — с ласковой укоризной сказал Док. — Потом покажешь.

— Нет, сейчас! — взъярился Сиротин. — Пошли. Омельччук!!!

Задремавший прямо на стуле прапорщик, рябой, двухметрового роста гигант-громила из кубанских хохлов, испуганно вздрогнул.

— Га!!! Шо?!

— Пошли, покувыркаемся.

Омельчук расслабленно выдохнул, поерзал, поудобнее притираясь к спинке стула.

— Да ну тебя, Иваныч… Один хрен — не уработаю. Я лучше отдохну пока.

— Ладно. — Капитан поднялся, качнулся, поймал точку равновесия. — Пошли за барак… Покажу.

— Да пошли уже, пошли. — Док попытался подхватить капитана за пояс, но тот отпихнул его. — Не надо.

«Ладно, — решил Док. — Отрублю легоньким ударом в голову и уложу спать на койку в медсанчасти. Утром и не вспомнит. А что еще делать? Ведь пьяный в дым».

Они вышли на полянку за глиняным бараком хирургического отделения ОМО, поросшую жухлой травкой. Сиротин сбросил тапочки, с трудом стянул через голову тельняшку, встал в нелепую стойку — с опущенными руками и чуть раздвинутыми ногами.

— Ну, понеслась.

Док многоопытным взглядом бретера оценил соперника. Жалкое зрелище — щуплый и малорослый, узкоплечий и тщедушный, да еще вдрызг пьяный. Облако в синих сатиновых трусах.

— Понеслась, — вздохнув, с искренним сочувствием произнес Док и сделал несколько шагов навстречу своему эфемерному противнику.

И только очутившись на спине, понял — задняя подсечка. Простенькая, короткая, с легким толчком ладонью в грудь. Вскочил, рванулся вперед — и снова опрокинулся. Однако теперь Сиротин завалил его передней подсечкой и спокойно прокомментировал:

— Уке вадзе.

«Да что ж такое! — изумился про себя Сергей, вновь пружинисто вскочил и принял классическую стойку. — Хорошо, капитан, будем драться всерьез».

Сиротин словно прочел его мысли. Он вообще трезвел с каждой долей секунды. Неожиданно твердым и спокойным голосом предложил:

— Дерись серьезно. В полную силу. Если нужен нож, возьми нож. Только не сачкуй.

Опять подсечка — и опять Док оказался на спине.

— Объясняю. — Капитан склонился над ним. — Это — госинрю. «Го» по-японски «пять». «Син» — хм… «современное». «Рю» — «школа». Современное искусство пяти принципов. Я продемонстрировал принцип первый — простая атака без выпендрежа и сложной бросковой техники. И заметь, Док, я не бью тебя по суставам даже в полсилы, иначе ты бы уже не поднялся. Вперед, боец!

Док снова на ногах, в стойке. Сиротин — метрах в трех. Стоит, скотина, улыбается. Руки опущены, ноги чуть раздвинуты.

«Нет. Сейчас я тебя поймаю. — Сергей сконцентрировался максимально, просчитал варианты атаки. — Удар правой, захват, главное — зацепиться за него. Там тело само подскажет».

Он прыгнул вперед, но капитан прыгнул навстречу, причем за мгновение до Сергея. Зацеп ногой, толчок с разворотом — и он снова на земле. Только в этот раз капитан заставил его ткнуться носом.

— Принцип второй: контратака в начале атаки противника, на самом первом его движении.

Пятая попытка. В этот раз его кулак почти долетел до цели, пронесся в сантиметре от уха Сиротина. Док попытался сразу же, вслед пробить лоу-кик левой ногой, но промахнулся, потерял — ровно на миг — равновесие и снова оказался на земле. Капитан завалил его мягким элегантным толчком босой пятки в открытый левый бок.

— Принцип третий: контратака в конце атакующего движения противника. Ну что, пацан, слабо? Ну, достань меня, достань! Чемпион хренов! Тебе сиську мамкину сосать, а не драться с мужиками! Давай, козел, дерись! — Сиротин выставил задранный средний палец.