Читаем Кого любит Бог полностью

Едва Катя «поймала» эту мысль, как здоровый мужик с солидным животом, лоснящимся лицом и усами, как у запорожцев со знаменитой картины Репина, «прицепился» к ней, видимо, профессионально угадывая «жертв».

Он клялся, что довезёт куда угодно, назвал приемлемую цену, подхватил багажную сумку и повёл женщину, припадающую на одну ногу, в сторону от аэропорта к своему опелю — старичку, мелькавшему в фильмах семидесятых годов прошлого столетия.

Отвязаться от назойливого «таксиста» было невозможно. Тут же выяснилось, что его «патриарх» не на ходу, он бросился в сторону, приказав Кате не двигаться с места, потому что не смог закрыть дверцу своего авто.

Вернулся не скоро, Катя устала ждать. Вылез из старых «Жигулей» вместе с мужчиной, по лицу которого можно было понять, что его, как и Катю, преследуют несчастья. Худой, мрачный, в серой робе, он держался с достоинством и походил на рабочего высокой квалификации.

Усатый «запорожец» попросил у Кати деньги за проезд, отсчитал себе часть и положил в карман, остальное отдал «серому» мужику.

Когда машина тронулась, выяснилось, что водитель едет в Ялту, посредник «продал» ему Катю, как пассажира до этого города, а женщине нужно было в Алупку, что, почти, на двадцать километров дальше.

Она поняла, что «влипла» и, на всякий случай, выслала мужу по смс номер машины.

Глупо молчать всю дорогу. Шутя, Катя рассказала историю своей травмы, пытаясь развлечь мрачного человека, он поделился тем, что болело: у маленькой внучки, хорошенькой, как куколка, проблема с суставом бедра, её лечат в Ялте. Дед берётся за любую работу, чтобы оплатить услуги врачей, он назвал в гривнах сумму за один день пребывания в клинике. Зятю его, как и дочери, семнадцать лет, он ни к чему не пригоден, кроме как зачать несчастного ребёнка.

Катя вспомнила о сыне, понадеялась, что чувство ответственности юноша унаследовал от отца и пожалела, что обидела мужа, не нарочно же он сломал ей ногу.

Водитель и пассажирка стали симпатичны друг другу. Показалась Ялта. Катя приготовилась высадиться на автобусном вокзале, но город промелькнул за окном, они ехали дальше по Севастопольскому шоссе.

Водитель попросил назвать улицу и номер дома в Алупке, подвёз, помог выйти из машины, достал чемодан из багажника, не требуя дополнительного вознаграждения.

Катя оплатила полностью поездку и этот день лечения ребёнка в санатории, мысленно переведя гривны в рубли.

По тому, как поклонился мужик, понятно было, что чувствует он себя неловко, так как привык зарабатывать трудом, а не обманом, и никогда не просил милости.

Алупка лежит на южном склоне Крымских гор. Они, конечно, не Кавказские гиганты, но, чтобы дойти от домика, в котором поселилась Катя, до моря и достать морской воды для ванночки, нужно спускаться вниз метров пятьсот с пустой пятилитровой пластмассовой бутылью.

Про море хозяйка сказала:

— Сегодня оно болтается, пришла «низовка», вода холодная.

Доковыляв до детского пляжа, Катя увидела, что набрать воду можно только с мостков, и сделать это довольно трудно, учитывая больную ногу.

Сначала она хотела обратиться к интересному, интеллигентному мужчине, но услышала, как он сердито говорил спутнице:

— Мне надоело спускаться вниз и вверх, это не отдых, сдаём билеты и возвращаемся в Москву.

Просить раздражённого человека поймать частичку волны Катя не решилась и обратилась к молодому человеку из компании сверстников, они что-то обсуждали, стоя на мостках.

— Вы не могли бы мне помочь? — она не успела сформулировать просьбу.

— Не могу, — буква «г» звучала мягко, а ответ — жёстко.

Катя поняла:

«После весенних событий парню не понравился её питерский диалект».

Раскорячившись на деревянных мостках, положив в сторону палку, она с трудом собрала в ёмкость морскую жидкость и «поползла» наверх, сожалея, что нет рядом руки и плеча мужа.

Отпуск начался. Днём она спускалась к морю, купалась, заполняла бутыль, тащила её к домику, вечером держала ногу в тёплой морской воде, как рекомендовал доктор. Через несколько дней научилась обходиться без трости.

Однажды, оказалась под навесом рядом с пожилой женщиной.

— Как хорошо в море, — поделилась та с Катей доверчиво и радостно, как будто они были знакомы давно, — приседаю, а вода помогает встать, выталкивает.

Уже несколько дней Катя наблюдала, как старушка мучает себя в море физкультурными упражнениями: то подтягивается на руках, схватившись за края камня, выступающего из воды, то поднимает около него ноги, то делает растяжки.

— Приседания запрещены в американской армии, — рассеянно ответила Катя, — кажется, вредно для мениска.

— А у меня его нет, — новая знакомая весело показала шрам на внутренней стороне колена, — попала в автомобильную аварию, и травмой колена не ограничилась, ещё имею два перелома позвоночника и были оторваны обе руки. Вы не представляете, какая тяжёлая операция по одновременному их пришиванию.

— Аа… нельзя было их… пришить в разные дни? — с расширенными глазами Катя задала нелепый вопрос, удивлённая, насколько жестоко обошлась Судьба с женщиной.