Все это время Эстер сидела между Лерой и Ингой молча, с видом правящей королевы.

– Да понимаю я все это! – взорвался Иван Петрович. – Свалилось же на мою голову. Я уже месяц пытаюсь сдать это здание – и ни одного желающего! А тут сперва вы вчера утром, а уже вечером звонок от… нет, я не могу сказать, кто звонил, но вы даже не представляете, на каком уровне все идет… в общем, я должен сдать эти два этажа под новый ресторан премиум-сегмента.

Еще и цену пролоббировали, эх!..

– Ах, уже даже два этажа? – возмутилась Инга.

– Это невозможно, – с абсолютно царственным видом заявила Эстер. – Ресторан несовместим с идеей моего торгового центра. Но я могла бы не сильно возражать против серии детских кафе и творческих студий на первом этаже. Я и так это планировала сделать.

– Я передам ваше пожелание конкурирующей стороне. Но ничего не могу обещать.

<p>Глава 9</p>

– Что, прямо так и сказала? Детские кафе и творческие студии?! Ох, не хотелось бы мне присутствовать, когда эти слова передадут Андрею Владимировичу.

Даже имя босса его сотрудницы произносили почти с благоговением или страхом. Даже они сами не могли разобраться в оттенках своих чувств. Андрей Владимирович был резким и нетерпимым к мнению окружающих. Брутальный высокий красавец с пронзительными серыми глазами-рентгенами, он словно не смотрел на собеседника, а сканировал. В бизнесе у него была железная хватка и чутье. И если он решил открыть в этом здании ресторан, значит, так оно и будет.

– Завтра вы поедете и привезете мне подписанный договор аренды, – его глаза метали молнии, – на все три этажа. Я им устрою детское кафе! Я им не то что творческую студию, я им целое шоу там устрою!

Иван Петрович, так ловко умевший балансировать между клиентами, впервые не понимал, что делать. С одной стороны – эта троица, недвусмысленно намекающая на потерю репутации, натравливание общественности и прочие неприятности, а с другой – Андрей Авакумов. Вот с ним-то уж точно ссориться не стоит… Совершенно безжалостный и, видимо, именно поэтому такой успешный. К тому же не стоит забывать, кто звонил по этому вопросу… Что же делать? А еще говорят, что безвыходных ситуаций не бывает.

Дернуло же его настоять на подписании предварительного договора с этими девицами. Инга, правда, и не возражала особо, даже согласилась на небольшую неустойку, если в течение суток они откажутся от сделки. Но по всему было видно, что не откажутся. Что же теперь делать? Иван Петрович смахнул так некстати выступившую испарину со лба. Авакумову отказывать нельзя. Придется расторгнуть договор. И он вызвал юриста.

– Принеси вчерашний предварительный договор. Мы будем его расторгать, и посмотри, чего нам это будет стоить.

– Вы что, Иван Петрович?! Там же драконовские неустойки! Мне и смотреть не надо. Я его помню. Я же вам еще вчера говорил, что не стоит соглашаться на такую редакцию, а вы отмахнулись, что, мол, месяц сдать не можем, так пусть забирают на любых условиях.

– А давай подумаем с тобой хорошенько… Ведь можно же какой-то акт написать, что здание в аварийном состоянии и поэтому мы не можем выполнить условия договора?

– Иван Петрович!

– Что? Что «Иван Петрович»? А, точно. Оно же только после капитального ремонта. Ну, если вариантов нет, значит, будем готовиться к бою.

Уже утром следующего дня в приемной довольно невзрачного лысоватого директора, управляющего рядом зданий в Москве, сидело сразу две компании. Справа вдоль стены – потрясающие красавицы: жгучая брюнетка и две блондинки. Все три с ярко-накрашенными губами, словно красная помада была их броней. Одежда выгодно облегала фигуры, подчеркивая индивидуальную природную красоту каждой. Напротив стояли двое мужчин. Один из них плотный и невысокий, коротко стриженный под машинку и гладко выбритый. Дорогие очки в золотой оправе и кожаный портфель в руках. Второй – сухой, долговязый, чуть лысоватый, но при наличии хоть каких-то эмоций мог бы показаться даже интересным. В таких же очках в золотой оправе и тоже с дорогим кожаным портфелем. У них что, там униформа такая? Бесстрастные лица обоих не выражали совершенно ничего. Лере эта парочка была хорошо знакома. Лучшие юристы Москвы: Лихачев и Свербилов. Утро обещало быть интересным.

А два часа спустя в офисе Авакумова разразилась настоящая буря.

– Я за этот год заплатил вам столько, что можно было уже купить небольшой остров! А вы! Не сумели! Просто! Подписать! Этот! Гребаный! Договор! Так за что же я вам плачу? Чтобы вы не сумели подписать простейший договор?!

– Андрей Владимирович, мы договорились о том здании, которое вы выбрали первым. Хозяин согласился уступить. Оно вам подходит гораздо больше для ресторана.

– Не вам решать, что мне подходит! – почти рычал Авакумов.

– Эта испанка Эстер Фернандес пригрозила международным скандалом. Ее отец Хосе контролирует полрынка недвижимости Испании.

– Да мне плевать, что контролирует какой-то там Хосе. Ты хочешь сказать, чтобы я, коренной русский, уступил без боя какой-то испанской дуре свое здание в своем городе?!