Читаем Когда трепещут мечты (ЛП) полностью

Метал заскрежетал по асфальту, выбрасывая искры в разные стороны, подобно фейерверкам на День Независимости. Дэв сгорала. Сгорала от стыда и боли. Сгорала от невыразимой агонии разбитого сердца.

Дэв выскочила из машины и едва успела добежать до деревьев у края стоянки, прежде чем ее вырвало. Дрожа всем телом, она оперлась рукой о ствол и пыталась справиться с острыми приступами тошноты.

— Боже мой, Дэв! — Лесли бросилась к ней. — Что с тобой?

Не поворачиваясь, Дэв жестом прогнала ее.

— Уходи. Я в порядке.

Разумеется, это было не так. Дэвон чувствовала, что тело напрочь отказывалось слушаться ее, а земля уходила из-под ног. Последний раз ей было так плохо, когда она очнулась в больнице через три дня после аварии. Но тогда ее измученное физической болью тело не давало ощутить безжалостные мучения от предательства любимого человека. По-настоящему ощутить их она смогла лишь несколько недель спустя, и это было сущим адом, из которого, казалось, невозможно вырваться.

— Прости, — тихо сказал Лесли. — Боже, я не хотела делать тебе больно.

— Ты тут не при чем, — Дэв вытерла губы тыльной стороной ладони и, отойдя чуть в сторону, без сил упала на траву. Прислонившись к дереву, она закрыла глаза. — Плохие воспоминания. Давно мне уже не было так плохо.

Лесли чувствовала, как ее начинает охватывать отчаяние. Хотелось кричать. Казалось, ничто в этом мире не могло вывести ее из равновесия. И сейчас она смотрела на измученную Дэвон, и все ее тело сжималось от боли. От той боли, которая должна была умереть еще много лет назад. Но, как оказалось, не умерла и теперь вырывалась наружу из глубины души. Из той глубины, где раны оставались незалеченными, а ошибки неисправленными.

Пытаясь взять себя в руки, Лесли поспешила обратно к машине. Найдя в багажнике банку содовой, она вернулась к Дэв.

— Вот, держи.

— Спасибо, — Дэвон открыла глаза, взяла банку и одним глотком практически осушила ее. Дэв видела, что глаза Лесли до краев были наполнены печалью. Она казалась такой бледной и испуганной, что Дэв очень захотелось прикоснуться к ее щеке. Хотелось почти так же сильно, как и пятнадцать лет назад. Но так же, как и пятнадцать лет назад, она не имела на это права. — Не вспоминай об этом, Лесли. Не мучай себя.

— Я позволила тебе уехать на этом чертовом мотоцикле, — прошептала Лесли. — Я знала, что нужно было удержать тебя, не дать тебе сесть за руль. Знала, что поступила неправильно. Но все равно отпустила тебя…

— Лес, я сама села за руль, — Дэв смяла пустую банку в кулаке. — Никто кроме меня не виноват в том, что случилось.

— Я причинила тебе боль. Прости меня.

— Тебе не нужно извиняться. Просто ты не чувствовала того, что чувствовала я. Нам не всегда отвечают взаимностью, к этому просто нужно быть готовым, — Дэв сделала глубокий вдох и заставила себя подняться на ноги. — Если ты не против, я бы хотела вернуться домой. Давай отложим нашу поездку.

— Конечно, — Лесли тоже встала. Она пыталась убедить себя в том, что чувства, которые были между ней и Дэв, закончились той злосчастной ночью пятнадцать лет назад. — С тобой все в порядке? Я могу проводить тебя, если хочешь.

— Нет, не стоит, — Дэв покачала головой. — Все хорошо. Прости, что испортила наши планы. Со мной такое редко случается.

Лесли грустно улыбнулась:

— Я не совсем понимаю, что происходит. Но отпуск, который должен был внести в мою жизнь покой, обернулся сплошными переживаниями.

— Тогда не добавляй к своим неприятностям еще и мои. Я не винила тебя даже тогда. И уж точно не виню сейчас.

Лесли смотрела, как Дэв уходит. Так хотелось обнять ее, защитить, стереть слезы с ее лица. Но она прекрасно понимала, что не может этого сделать. Дэв сейчас была не с ней, а где-то очень далеко. И путь туда для Лесли закрыт. Но самое страшное то, что в этом была только ее вина: она навсегда потеряла Дэвон тогда, когда не впустила ее в свое сердце, позволила уйти одной, унося с собой их общую боль. Боль, справиться с которой они должны были вместе.

Дэв уже не было видно, а Лесли все стояла и молилась о том, чтобы когда-нибудь ей хватило сил во всем себе признаться и избавиться, наконец, ото лжи, которая не только ее делает несчастной.

В кармане завибрировал телефон. Лесли автоматически достала его и взглянула на экран. Рейчел.

— Привет, — она все так же автоматически ответила на звонок.

— Я получила твое сообщение. Прости, что не перезвонила сразу. Здесь настоящий ад. Наконец-то появилось решение суда по делу Доу Корнинг. Я просто сбилась с ног, чтобы найти экспертов. Лето, и все вдруг стали недоступными.

— У некоторых людей есть еще и личная жизнь, — пробормотала Лесли, спускаясь к озеру. Она надеялась увидеть там Дэв.

— Что? Не расслышала. Я сейчас в гараже.

— Ничего.

— Ты, наверное, там уже сошла с ума от скуки.

Лесли рассмеялась:

— Все несколько иначе.

— Когда ты планируешь вернуться домой?