Лесли сделала глоток «Пепси», стараясь избавиться от головокружения, приступы которого начинались каждый раз, когда она задерживала свой взгляд на Дэв слишком долго. Кто бы мог подумать, что два дня назад Лесли была погружена в совершенно иной мир. В мир, который она сама выбрала и в котором точно знала, кем является. Там она чувствовала себя, как рыба в воде. Там все было под контролем. Но всего три часа на поезде — и от этого не осталось и следа.

— Лес? — Дэв осторожно взяла левую руку Лесли в свою ладонь. На ней не было ни обручального кольца, ни даже следа от него на безымянном пальце. Но внимание Дэв привлекло не это. Она заметила небольшую гематому, очевидно оставшуюся после медицинской иглы. — Лес, что с тобой?

— Ничего, — Лесли высвободила свою руку и повернула ее так, чтобы следов от капельницы не было видно. «Как я могла забыть про синяки!»— раздраженно подумала она. На правом предплечье был точно такой же след, но рукав блузки надежно прикрывал его.

Дэв не стала настаивать на том, чтобы Лесли обо всем ей рассказала, но в ее глазах читалось беспокойство.

Лесли вдруг поймала себя на мысли, что на железнодорожной станции она едва узнала Дэвон. Но теперь отчетливо видела те знакомые черты и жесты, которые никогда бы не смогла забыть. Лесли достаточно было лишь взглянуть в глаза Дэв, чтобы узнать ее где угодно и когда угодно. Да, эти глаза ничуть не изменились. И Лесли не преувеличивала, когда говорила, что они всегда выдавали Дэв с головой. Когда девушка злилась, то маленькие золотые искорки, которые так любила Лесли, исчезали без следа, глаза становились темнее, и из песочных превращаясь в темно-серые. Когда Дэв радовалась, они вспыхивали оттенком зеленого, таким же ярким и чистым, как трава весной. А когда Дэв беспокоилась, как сейчас, то ее глаза затуманивались и становились похожими на воды озера во время сильного дождя.

— Все действительно в порядке. Просто много всего навалилось, — не отдавая себе отчета, Лесли положила руку на плечо Дэв и неожиданно для самой себя почувствовала твердые мускулы под майкой. Это не было похоже на естественную подтянутость Рейчел или на ее собственное измученное спортзалом тело. Лесли всегда считала себя очень сильной, но то, что она чувствовала в теле Дэв, было настоящей мощью.

— Думаю, тебе стоит поспать до ужина, — сказала Дэв, не до конца поверив в то, что сказала ей Лесли. Но у нее не было никакого права устраивать допрос с пристрастием. Дэв поднялась на ноги, чувствуя, что дышать становится гораздо легче, когда на ее плече не лежит рука Лесли. Физический контакт заставлял ее нервничать. — Твоя мама просила передать, что она освободила для тебя домик. Я отнесу туда твой багаж.

Лесли отставила бокал с напитком в сторону и поднялась.

— Дэвон, ты и так сегодня столько всего для меня сделала. Не стоит быть еще и моим носильщиком.

— Я так частенько подрабатывала, — улыбнулась женщина. — За это неплохо платят.

— А где ты училась?

— В Сиракузах.

Лесли грустно улыбнулась: она сама когда-то хотела поступить в Сиракузский Институт Леса. Они с Дэв часто говорили об этом, сидя у озера после школьных занятий. Но когда ее приняли в Йель, куда она подавала заявку только потому, что на этом настояли консультанты по вопросам семьи, у нее не хватило сил сопротивляться соблазну учиться в одном из университетов Лиги Плюща. В то время ей хотелось вырваться из своего маленького городка и узнать о жизни как можно больше. В ее выпускном классе было около ста человек, и всех их она знала с детского сада. Они одинаково выглядели, одинаково думали, и имели схожие планы на будущее. Все, кроме Дэв. Она, по сути, была единственным интересным человеком, не похожим на других. И их дружба была чем-то, что постоянно нарушало размеренную жизнь Лесли.

— Думаю, у тебя найдется занятие поинтереснее, чем тягать мои сумки.

Дэв пожала плечами, но все равно подняла чемодан. У нее и в мыслях не было позволить Лесли самой тащить такой груз до ее домика, который находился довольно далеко.

— Лес, ты же на каблуках.

Лесли недовольно подняла брови:

— Я всегда так одеваюсь. И если уж я выдерживала спринт по аэропорту с двумя чемоданами и набитым бумагами портфелем, то прогулка по лесу мне уж точно под силу.

— Ну ладно, держи, — сказала Дэв, передавая ей портфель. Чемодан она все же оставила себе.

— Не помню, чтобы раньше ты была такой упрямой, — проворчала Лесли. В ее голосе одновременно слышались раздражение и смущение.

— Наверное, я изменилась.

Лесли вздохнула и повесила портфель на плечо:

— Наверное, мы обе изменились.

— Идем, я провожу тебя до дома, — улыбнулась Дэв.

Глава шестая

— Идем, я провожу тебя до дома.

Лесли с недовольством смотрела на спущенную шину своего горного велосипеда. Дэв стояла неподалеку, под кроной могучего клена. Она была одета в простые джинсы и любимые мотоциклетные сапоги, а в руках Дэв держала сразу два их рюкзака и улыбалась.