Райли изучала выражение лица Лэндис. Им с Биллом нужно быть очень внимательными. Их текущая цель – заставить Лэндис раскрыть свои карты, сделать так, чтобы она выдала себя словом или поступком.

Райли сказала:

– Когда мы встретились в первый раз, вы сказали мне, что у Максин Кроу были неприятности из-за экспериментов над пациентами.

Лэндис кивнула.

Тогда Райли добавила:

– Но вы не упомянули о том, что она экспериментировала с плацебо, а не с ядами.

Лэндис с любопытством наклонила голову:

– Плацебо? Я не знала об этом.

Райли ещё пристальней посмотрела на Лэндис. Лжёт? Райли обычно довольно легко удавалось заметить ложь на допросе. Но выражение лица Лэндис, на котором вечно проскакивала насмешка, ей почему-то не удавалось прочесть.

Райли сказала:

– Вы никогда не упоминали о том, что у вас были не очень хорошие отношения с Максин, когда она выпустилась из вашей школы.

Лэндис пристально посмотрела на Райли.

– Следовало это сделать? Когда мы встретились в прошлый раз, я не знала, что меня подозревают.

Райли ничего не ответила.

– О, я поняла. Максин рассказала вам зловещие истории о моих маленьких посиделках в этой комнате. И вы, похоже, поспешили сделать довольно нехорошие выводы.

Райли всё ещё ничего не говорила, Они с Биллом знали, что лучшая тактика – говорить и спрашивать как можно меньше. Они должны дать Лэндис возможность выговориться – и тогда есть надежда, что она себя выдаст.

Лэндис нахмурила брови.

– Агент Пейдж, вы считаете, что я намеренно указала вам на Максин Кроу, чтобы отвлечь от себя?

Райли молча выдержала её взгляд.

– Я возлагала на Максин Кроу надежды, – сказала Лэндис. – Кажется, я уже рассказывала вам о своих образовательных целях. Отрицание – худший враг медика. Отсюда и все мои собрания здесь. Они делят студентов на тех, кто может встретить тяжёлую реальность лицом к лицу, и тех, кто не может.

Всё ещё молча Райли встретилась глазами с женщиной. Ни одна из них не моргала.

Лэндис продолжала:

– Я ожидаю, что мои студенты смогут взглянуть смерти в лицо, чтобы не питать в её отношении иллюзий. Максин – как бы это сказать? – оказалась слабой для той работы, на которую училась. Она выпустилась и получила грамоту, но я никогда не давала насчёт неё однозначных рекомендаций. Она, очевидно, всё ещё обижается за это, но ничего не поделаешь. Есть такие вещи, которым нельзя научить.

Лэндис отвела глаза, теперь она попеременно смотрела то на Райли, то на Билла. Нервничает? Райли всё ещё не могла понять.

Тут на лице Лэндис появилась лёгкая ухмылка.

– У вас нет доказательств. Вы не можете арестовать меня только потому, что недовольная бывшая студентка считает меня мрачноватой.

Лэндис снова с ними играла.

Но доказывает ли это то, что она убийца?

«Она права, – подумала Райли. – У нас нет никаких доказательств – пока, по крайней мере».

Райли с Биллом зашли в тупик. У них остался лишь один вариант. Райли посмотрела на Билла и увидела, что он думает о том же.

Билл встал с козетки, подошёл к Соланж и заставил её встать.

Он сказал:

– Соланж Лэндис, вы арестованы за преступление класса С.

Когда он начал надевать на неё наручники, у Лэндис от неожиданности отпала челюсть.

– Что?!

Райли тоже встала на ноги.

– Использовать или иметь поддельный диплом о высшем образовании незаконно, – сказала Райли. – Наказание в штате Вашингтон может ограничиться пятью годами в тюрьме или штрафом в десять тысяч долларов.

– Я не понимаю, о чём вы говорите! – воскликнула Лэндис.

Райли впервые почувствовала, что она явно лжёт.

– Думаю, вы понимаете, – сказала Райли.

Когда они с Биллом выводили Лэндис из дома, женщина в шоке и замешательстве начала заикаться:

– Но даже если так… я не говорю, что это так, но… у ФБР, конечно, есть дела поважней. Разве вам не нужно ловить убийцу? Пожалуйста, у меня же дочь, я стараюсь делать как правильно.

Райли ничего не сказала, а Билл затолкнул их пленницу в автомобиль.

Арест прошёл хорошо, но не так, как Райли надеялась.

Они всё ещё не доказали, что Соланж Лэндис – убийца.

«А если она и виновна, – подумала Райли, – у неё в рукаве припасено ещё много трюков».

ГЛАВА 27

На следующий день рано утром Райли не могла спокойно сидеть от возбуждения, когда они с Биллом въехали на территорию особняка Аманды Сомерс на Мориц Хиллс.

«Она здесь действительно жила!» – думала Райли.

Автор, которая оказала глубокое влияние на жизнь Райли, жила прямо здесь.

Эта мысль повергала в трепет.

И всё же место было совсем не таким, какое ожидала увидеть Райли. Дом был больше похож на жилище средневекового лорда, нежели на особняк известного американского автора. Фасад был наполовину сделан из красного кирпича, каркас из тёмного дерева выделялся на фоне бледной штукатурки. Хоть и впечатляющий, дом казался архаичным и в современном городе выглядел неуместным.

Билл припарковал машину на частной парковке рядом с домом.

– Надеюсь, это не пустая трата времени, – сказал Билл, когда они шли к высоким фигурным воротам перед участком.