Рядом она видела меньшие дома – настоящие дома-лодки, с острыми носами. Они напомнили Райли автофургоны, только что на воде. Они, очевидно, могли перемещаться по озеру. Ей говорили, что большие пришвартованы перманентно.

Плавучие дома выстроились вдоль нескольких связанных между собой пристаней. Даже в таком дорогом районе их оформление варьировалось от вульгарного до элегантного. Они шли, и Райли видела на пристани деревья в горшках, скульптуры и садовых гномов.

Они обнаружили дом Аманды Сомерс в конце пристани. Он был больше, чем большинство остальных домов, современный, в форме коробки. Райли и Билл подняли полицейскую ленту и пошли по направлению к парадной двери.

В этот момент у Билла зазвонил телефон. Билл посмотрел, кто звонит.

– Это Ригби, – сказал он. – Думаю, мне лучше взять трубку. Заходи, не жди меня.

Райли открыла дверь и вошла в дом. Внутри у неё перехватило дух. Дом казался здесь ещё больше, чем снаружи.

У неё появилось странное чувство – холодок, который пробрал её до костей.

Ей до сих пор было грустно из-за того, что писательница умерла, но это было нечто иное.

Её наполнил особенный, волнительный трепет.

«Я одна в доме, где погибла Аманда Сомерс», – подумала она.

Но дом почему-то не выглядел совершенно пустым.

ГЛАВА 23

Райли вздрогнула всем телом, глядя на большую, светлую гостиную с огромными окнами с видом на воду. Её захлестнули волны эмоций. Она знала, что это не просто её эмоции, но восприятие мощного фона, который, казалось, заполнял всё вокруг неё.

И самой сильной эмоцией было одиночество.

Огромная площадь комнаты добавляла к этому ощущению. То, что Аманда Сомерс решила жить здесь в одиночестве, казалось странным и отчего-то ужасно грустным.

И всё же она была не совсем одна в последний день своей жизни. Райли всё ещё ощущала присутствие гостя. Была ли последняя, редкая посетительница Аманды её убийцей?

Это Райли и надеялась здесь выяснить.

Первым её впечатлением от дома было то, что всё выглядело удивительно безупречным. Белый диван и кресла могли принадлежать только человеку, у которого нет детей или домашних животных. Было также очевидно, что Аманда не собиралась никогда приходить домой в мокрой одежде от занятий водным спортом. И гостей, кто мог бы так сделать, у неё тоже не бывало. Вероятней всего, она никогда не заходила в воду ради удовольствия.

Это казалось ироничным – жить в доме на воде, но не интересоваться водой. Так что же привлекло сюда Аманду в первую очередь?

Райли показалось странным ещё кое-что. Ей уже доводилось бывать в домах писателей, и в них никогда не было так прибрано. По её опыту, в творческих людях было хоть что-то неорганизованное. Но этот дом был безупречным.

Это заставило Райли задуматься, не бросила ли Аманда Сомерс вообще писательство. Несмотря на все слухи о книгах, над которыми она работает, она могла просто перестать писать после «Последнего рывка».

«Это её убежище», – напомнила она себе.

Возможно, особняк Аманды Сомерс на Мориц Хиллс выглядит совсем иначе. Если там она занималась писательством, о творческих всплесках там будет говорить беспорядок хотя бы в отдельных местах.

Райли не знала, так это или нет, так что гадать было бессмысленно. В конце концов, Аманду убили именно здесь.

«Не отвлекайся от дела», – снова напомнила она себе.

Её взгляд упал на стакан с недопитой жидкостью на кофейном столике.

Она взяла стакан и понюхала выдохшийся напиток.

«Любит выпить виски, как и я», – подумала она.

Но бурбон был разбавлен. Судя по всему, Аманда Сомерс добавляла в свой виски больше воды и льда, чем Райли.

Она вспомнила кое-что, что сказала Приша Шанкар о том, как Саддам Хуссейн убивал диссидентов.

«Когда кого-то из них выпускали из тюрьмы, им предлагали выпить, чтобы отметить их освобождение».

Яд в напитке?

Эта теория не показалась ей гладкой. Здесь стоял лишь один стакан для одного человека. Аманда в одиночку налила себе виски и села выпить его тоже в одиночестве.

Райли поставила стакан обратно на то же место, откуда взяла его. Затем она пошла в очень современную кухню. В сушке стояли две чистые кружки и два блюдца.

Райли ощутила лёгкое покалывание.

«Она пила со своей гостьей», – подумала Райли. И Приша Шанкар говорила, что таллий мог быть в напитке.

Интересно, что они пили – чай или кофе?

В том или ином случае, Аманда Сомерс вымыла стаканы после того, как её гостья ушла – в тот момент она всё ещё была жива и способна функционировать.

Кувшин в кофеварке был пуст. Но, естественно, Аманда Сомерс могла вымыть его тогда же, когда мыла чашки и блюдца.

Райли открыла дверцу для мусорного ведра. В нём было несколько бумажек и другой мусор, но не было ни кофейной гущи, ни чайных пакетов. Это показалось странным. Для чего же они использовали чайные чашки?

Не найдя на кухне больше ничего интересного, Райли вернулась в гостиную. Хронология событий начала вырисовываться у неё в голове.

Вернулся Билл.

– Ригби хочет, чтобы мы поехали в больницу Саус Хиллс, когда закончим здесь, – сказал он.

– Это больница, в которой умер Коди Вудс? – уточнила Райли.

– Да. Директор попытается нам помочь.