– Думаете, она утонула? – спросил репортёр.

Ригби заколебался.

Затем он сказал:

– Без комментариев.

Райли поморщилась. Эти два слова имели тот же эффект, что и сырое мясо для стаи волков. Журналисты набросились на него с вопросами.

«Мог ли он справиться хуже?» – гадала Райли.

Одному журналисту удалось перекричать других:

– Я вижу, что здесь присутствует главный патологоанатом. Есть ли у специалистов основания подозревать злой умысел?

Встрял другой:

– Нам известно, что ФБР исследует два случая отравления. Эта смерть связана с этим расследованием?

Третий указал на Райли.

– Разве это не агент ОПА Райли Пейдж, известный специалист по составлению портрета преступника? Зачем она здесь?

Доктор Приша Шанкар выглядела крайне раздражённой. Райли видела, что и она понимает, что от этой конференции вреда больше, чем пользы.

– Без комментариев, – снова сказал Ригби. – Мне бы хотелось дать возможность высказаться детям Аманды Сомерс.

Встал Логан Сомерс.

– Мы с Изабель хотели бы сказать, что для нас это ужасный шок. Наша мать последнее время была в депрессии, но мы не понимали, насколько она отчаялась. Если бы мы только знали, если бы только увидели тревожные знаки…

Он притворился, что слишком переполнен эмоциями, чтобы сказать что-то ещё, но Райли он не показался убедительным ни на йоту.

Логан сел и заговорила его сестра, Изабель Уотсон, продуманным тоном раскаяния.

– Нам с братом жаль, что мы не смогли этого предусмотреть, – сказала она. – Если бы мы только знали, возможно, мы смогли бы этому помешать.

Райли была в изумлении и видела, что все, сидящие за столом, чувствуют то же.

Гвалт поднялся ещё громче. Несколько репортёров желали знать, не покончила ли Аманда Сомерс с собой. Всё полностью вышло из-под контроля.

Ригби громко произнёс:

– Конференция закончена.

Несмотря на громкие протесты журналистов, сотрудники службы безопасности больницы быстро выпроводили их всех из комнаты.

Логан Сомерс и Изабель Уотсон тоже встали. Они со скорбными лицами церемонно поблагодарили каждого, а затем, довольные собой, ушли.

Когда основная масса людей ушла, директор больницы Бриггс Ванамейкер потерял то немногое, что ещё оставалось от его тщательно подготовленного хладнокровия политика.

Он рявкнул Ригби:

– Я вам говорил не пускать ФБР на эту конференцию. Вам следовало меня послушаться.

– Вы бы запороли всё ещё больше! – гаркнул в ответ Ригби. – Вам следовало бы поблагодарить меня и моих людей за то, что они спасли вас от вас же самого. Если бы пресса пронюхала, что происходит на самом деле, у вас было бы гораздо больше проблем, чем теперь.

Райли больше не могла сдерживать своё негодование.

– Чья вообще была идея устроить это чёртову конференцию? – сказала она, чуть ли не крича.

Ригби и Ванамейкер в шоке повернулись к ней. Потом они переглянулись между собой как-то одновременно пристыжено и осуждающе. Райли поняла, что они задумали всё это вместе. Почему кому-то из них могло показаться, что это хорошая идея, она не могла и представить.

Райли сказала:

– Мистер Ванамейкер, не могли бы вы покинуть нас. Мне бы хотелось посовещаться с моими коллегами из правоохранительных органов.

Совершенно запуганный, Ванамейкер взял то, что осталось от его достоинства, и покинул зал.

Райли посмотрела на Ригби и Сандерсона.

– У меня тоже есть ряд вопросов, – сказала Райли, – и лучше бы мне получить на них ответы прямо сейчас.

ГЛАВА 21

Все глаза были направлены на Райли, никто не произносил ни слова, но её уши всё ещё звенели от гама, который царил в зале несколько минут назад. Но теперь здесь было не так душно, и дышать было легче.

По крайней мере, теперь у неё есть внимание всех в комнате.

– Всё это было просто балаганом, – сказала она, стараясь контролировать свою ярость. – Сейчас этим репортёрам известно ровно столько же, сколько агенту Джеффрису и мне. Насколько я понимаю, они информированы не хуже, чем все здесь присутствующие. И это большая проблема. Всё пошло наперекосяк.

Она заметила, что двое человек в комнате кисло улыбнулись – Билл и доктор Шанкар. Они всё это время разделяли её негодование.

Тогда Райли сказала:

– Во-первых, о чём говорили сын и дочь убитой? Агент Хэвенс сообщил, что в теле жертвы были найдены следы таллия. Так при чём здесь самоубийство? Покончила ли Аманда Сомерс с собой на самом деле? Могла ли она принять таблетки или спрыгнуть с платформы и утонуть, или и то, и другое? Если так, то что мы все здесь делаем?

Райли с облегчением увидела, что Приша Шанкар первая проявила желание высказаться:

– Она не утонула. Это было первое заключение, к которому мы смогли прийти. И она, вне всякого сомнения, не кончала с собой. То, что вам сказали, правда. Мы нашли следы таллия в её организме. И даже если бы у нас ещё не было предполагаемой схемы отравления таллием, это не то вещество, которое кто-либо мог использовать для суицида.

Билл что-то записал в блокнот.

– О чём же тогда говорили её дети? – спросил он.

На мгновение все замолчали.