Читаем Когда я уйду полностью

– Нет, это краска, – объясняю я, – в ней полно летучих органических веществ – главной причины рака. – Понимаю, что продавцы предпочитают тратить деньги на краску, которая никак не дружит с окружающей средой. Та стоит лишних пятнадцать долларов за банку.

Кейли глазеет на меня с тем же выражением, что и Джек, когда я ворочу нос от обычных фруктов или нефильтрованной воды.

– Пойду за ноутбуком, – решает она. Следующие сорок пять минут Кейли просвещает меня на предмет преимуществ и недостатков семи различных сайтов знакомств, которыми она раньше пользовалась.

– Семь? Как получилось, что ты до сих пор одна?

– Я разборчива, – парирует она.

Я фыркаю, но, видя ее взгляд, воздерживаюсь от перечисления долгого списка парней из колледжа, в отношении которых она решительно не была так разборчива.

Мы останавливаемся на Checkmate.com, где потенциальные подписчики должны пройти проверку, прежде чем им позволят присоединиться к сайту, а также на Loveforlife.com, который гарантирует, что если за шесть месяцев вы не найдете подходящего человека, вам вернут деньги. Я интересуюсь у Кейли, просила ли она о возмещении, поскольку, очевидно, никого не нашла. Она отвечает, что отказалась от подписки через месяц, потому что парень, с которым она познакомилась, стал ее преследовать.

– Крейзи Майк? – спрашивают я.

Она качает головой:

– Уэйрд Кэл.

– Ты встретила Уэйрда Кэла онлайн?

Я потрясена, потому что так давно знакома с Кейли и всегда считала, что знаю о ней все на свете. И такая скрытность на нее не похожа.

– Я понятия не имела.

– Я ничего не скрывала. Просто встречалась с ним недостаточно долго, чтобы поделиться с тобой всеми грязными подробностями.

В конце концов мы идем на Checkmate, поскольку я считаю, что будущая жена Джека достаточно осторожна, назначая встречи незнакомцам онлайн. Лично я была бы очень осторожна.

– Ок, мы зарегистрированы, – говорит Кейли, отдавая мне кредитку.

– Супер. Первый вопрос?

Кейли смотрит на экран. Я жду. Должно быть, Интернет у нее медленный.

Проходит тридцать секунд.

– Кейли!

– Э…

Она поворачивает монитор ко мне.


Каков ваш статус?


Одинокий/ая

Разведенный/ая

Живете отдельно

Вдовец/вдова


Слово «вдовец» прыгает на меня с экрана и вонзается в живот.

Вдовцы должны быть сгорбленными, с мохнатыми бровями и волосами в носу. Носят кардиганы в духе «мистер Роджерс» и туфли с толстыми резиновыми подошвами, и пахнет от них вареной курицей. У вдовцов не должно быть густых каштановых волос и твердых кубиков в области живота под хлопчатой майкой. Они не должны пахнуть летней травой после дождя.

Я смотрю на Кейли и вижу, что на ресницах повисают слезы.

– Прости, – шепчет она, поднося руку ко рту. – Меня как ударило…

– Все в порядке, – говорю я, стараясь не коснуться ее. Зная, что от любого прикосновения нас окончательно развезет.

– Я постоянно получаю такие удары.

Я хватаюсь за край экрана и придвигаю компьютер поближе. Провожу пальцем по коврику мышки, кликаю «вдовец» и иду дальше.


Около шести вечера я сворачиваю на нашу подъездную дорожку. Но вместо того, чтобы побыстрее добраться до конца бетонных плит, судорожно нажимаю на тормоз, отчего едва не ударяюсь носом о приборную панель.

Но я почти ничего не замечаю, потому что уставилась на переднюю клумбу, широко раскрыв рот, куда непременно должна влететь муха. Моя клумба! На ней цветы! Гортензии и…

Я прищуриваюсь. Каменный бордюр? Так и есть. Прекрасный бордюр из настоящих речных камней!

Я заглушаю мотор, оставляю машину, не доехав десяти ярдов, и выхожу у задней двери. Иду к только что взрыхленному, прекрасно ухоженному саду, граничащему с передним крыльцом. Маленькие фиолетовые цветочки вербены выглядывают между большими кустами гортензий.

Я сбита с толку. Лишилась дара речи, хотя это вряд ли имеет значение. Потому что все равно говорить не с кем. Можно подумать, садовые гномы внезапно ожили в мое отсутствие и создали этот шедевр. Именно так я себе его представляла. Именно так объясняла. Сэмми!

Я откидываю голову и смеюсь. Конечно, она посчитала себя обязанной выполоть уродливые сорняки, хотя я просила ее этого не делать!

И хотя я вовсе не желала благотворительности, все же невольно тронута такой заботливостью. Очевидно, она немало потрудилась над клумбой, до которой у меня вряд ли дошли бы руки, если уж быть честной с собой.

Я наклоняюсь, присматриваясь ближе, глядя на листья, которых не узнаю. Функия?

Название выплыло неизвестно откуда. Я не планировала сажать функию, но она прекрасно покроет землю между двум клумбами. Может, функию порекомендовал продавец в «Хоум Дипоу»?

Я улыбаюсь.

Хоть шансы малы, может, это тот же человек, который помог мне выбрать герметик. У него добрые глаза.

Я стою, прикованная к земле, впитывая последние теплые лучи и неожиданное ощущение того, что в этом мире есть люди, все еще способные меня удивить.

Глава 14

Не уверена, что людям, знакомящимся онлайн, хватает времени на что-то еще. Последние пять дней меня будто засасывает в черную дыру со снимками исполненных надежд женщин, в которой плавают статистические данные: вес, рост, цвет глаз, религия.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Божий дар
Божий дар

Впервые в творческом дуэте объединились самая знаковая писательница современности Татьяна Устинова и самый известный адвокат Павел Астахов. Роман, вышедший из-под их пера, поражает достоверностью деталей и пронзительностью образа главной героини — судьи Лены Кузнецовой. Каждая книга будет посвящена остросоциальной теме. Первый роман цикла «Я — судья» — о самом животрепещущем и наболевшем: о незащищенности и хрупкости жизни и судьбы ребенка. Судья Кузнецова ведет параллельно два дела: первое — о правах на ребенка, выношенного суррогатной матерью, второе — о лишении родительских прав. В обоих случаях решения, которые предстоит принять, дадутся ей очень нелегко…

Александр Иванович Вовк , Николай Петрович Кокухин , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова , Павел Астахов

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы / Современная проза / Религия