– Грязная тварь! Она не желает со мной разговаривать, – Рязанцев выглядел взбешенным. Если бы Овечкин не лопухнулся… Новичок недавно пришел работать в агентство. Вождяев его определил к Рязанцеву на стажировку. Хотя пока стажер ничем особенным не проявил себя, за исключением…

Дельная мысль пришла к Рязанцеву после того, как Овечкин рассказал о том, что на днях ездил на Казанский вокзал встречать приятеля и там увидел женщину внешне очень похожую на Софи Бруно.

– Похожи, как родные сестры. Только та выглядит постарше, – сказал он.

Понимая, что убедить Софи изменить свое решение не удастся, Рязанцев решил действовать иначе.

Для начала они с Овечкиным поехали на Казанский вокзал, глянуть на ту мадам. Рязанцев сам убедился в сходстве. Ни сегодня, завтра, Луньков хватится о пропаже, поднимет на ноги всех своих псов. А может и не всех. Может, не захочет шумихи. Пришлет одного, но такого, что с девчонки хватит сполна. Тогда у нее будет всего два реальных выбора, или мученически умереть, либо вернуть то, что взяла. Но такой вариант не устраивал Рязанцева. К тому же она наверняка расскажет про того, кто ее послал на кражу.

– Вот что, – подумав, сказал он напарнику Овечкину. – Девчонку надо увезти и спрятать пока, чтобы Лунек до нее не добрался. А вместо нее подложить эту дуру, – кивком он указал на женщину, которая вошла в стоящую отдельно в стороне синюю палатку вместе с пузатым толстяком лет пятидесяти пяти. Окна в палатке были завешаны газетами. Но Овечкину удалось подсмотреть, что там происходило. Пока он ходил, Рязанцев сидел в «Фольксвагене», курил и рассуждал о незавидном своем положении. Получалось, переоценил он себя. Хотел всех обвести вокруг пальца, и не получилось. Всегда считал себя большим знатоком женской души, но, как оказалось, женская душа, потемки. Никогда не знаешь, чего женщина хочет, и какой финт она выкинет. Но Софи Бруно выкинула хороший финт.

Овечкин вернулся и сказал:

– Похоже, у них тут навроде публичного дома.

– Чего? – не понял Рязанцев, отвлеченный от своих невеселых мыслей.

– Трахаются они там. Вот чего, – на этот раз Овечкин изъяснился более понятливей, и они решили подождать, пока толстячок уйдет.

Ту красотку из синей палатки, они забирали вместе. Когда от нее вышел мужлан, они подошли. Рязанцев еще раз осмотрел женщину и согласился с Овечкиным, по поводу того, что они с Бруно действительно похожи как родные сестры. Бывает же такое совпадение по воле матушки природы. Но сейчас оно даже оказалось на руку. Стоит только эту замухрышку привести в божеский вид…

Овечкин предложил отвезти ее в косметологический центр, который регулярно посещает его жена. Рязанцев возражать не стал. К черту на кулички бы отправил ее, лишь бы их затея оказалась удачной.

Прямо из косметологического центра было решено ехать домой к Софи.

– А чего тянуть, – улыбнулся Рязанцев, рассматривая похорошевшую женщину. Теперь бы их с Софи мать родная не отличила.

Уже когда садились в машину, Рязанцеву на сотовый позвонили. Звонил Вождяев, требовал срочно приехать в агентство. Отключив телефон, Рязанцев сказал:

– Один справишься, без меня? Меня срочно шеф вызывает.

– Ну и езжай. Справлюсь, – ответил Овечкин. В случаи получения денег, Рязанцев пообещал ему двести тысяч долларов, за работу и за молчание перед Вождяевым.

– Только к самому дому не подъезжай. Машину оставь на проезжей части. А я как освобожусь, сразу к тебе. Идет? – спросил Рязанцев. Овечкин махнул рукой, что означало, что его старший коллега может слишком не торопиться, и он сам сделает все так, как нужно. Но через полтора часа, когда Рязанцев выскочил из кабинета Вождяева и позвонил, по сотовому, принадлежащему Овечкину, ему никто не ответил. Отключив свой мобильник и взяв такси, Рязанцев сразу же помчался к дому Софи, подозревая, что с коллегой Овечкиным что-то случилось. Близко к подъезду подходить не стал.

Возле подъезда стояла черная «Волга» с милицейскими номерами, микроавтобус и машина «скорой помощи». Оставленный Овечкиным «Фольксваген», он заметил на обочине проезжей части. В нем на сиденье лежала барсетка с документами и сотовым телефоном, принадлежащим Овечкину, но самого Овечкина и тем более Софи, поблизости нигде не было. Овечкин был найден на третий день, когда его супруга обратилась в милицию с заявлением о пропаже мужа. В предъявленном на опознание трупе, обнаруженным в квартире соседа Бруно, она опознала своего мужа.

Глава 23

Никогда не следует забывать о своем прошлом. В этом Валентин Павлович Китайцев убедился, когда однажды охранник, дежуривший на входе в ресторан, позвонил ему по сотовому и сказал, что пришел какой-то человек и требует встречи.

Китайцев не любил таких визитеров. Как правило, это были обремененные властью чиновники средней руки, выступавшие в роли официальных вымогателей. Стоило им положить в протянутую руку несколько сотен долларов, как они исчезали не оставляя после себя и следа. Следующего их визита можно было ожидать примерно через год.