Читаем Код возвращения полностью

Третий нападающий сунул руку под плащ, вытащил какой-то предмет, резко встряхнул. С треском раскрылась складная дубинка с шариком на конце. Шарик описал полукруг, метя. Максу в темя, но он поднырнул вперед, прямо под удар, подставил левую руку, захватил правой бьюшую кисть, резко развернул. Раздался крик, хруст, дубинка упала на землю, а колено Карданова взметнулось вверх, встретив на своем пути опустившуюся голову Лутахова. Раздался глухой удар. Из разбитого носа брызнула кровь, глаза Василия закатились, и он, потеряв сознание, рухнул в грязь.

— Гля, как он их сделал! — с улюлюканьем закричали из подворотни. — Рви когти, кореш, мы ничего не видели!

Макс на миг замешкался, оценивая обстановку. Петренко и Лутахов лежали неподвижно. Второй был действительно без сознания, а первый притворялся. Рука была сломана или вывихнута, так что боеспособность была наполовину утрачена. Воспоминания о дожидавшемся дома борще тоже не способствовали геройским поступкам.

Гордеев сидел, держась за живот, и испуганно смотрел на страшного незнакомца. Про пистолет он забыл начисто и даже не пытался сунуть руку в карман.

— Все нормально? — спросил у него Макс. Тот поспешно закивал головой.

— Ну и ладно! Кто вы такие? Что вам от меня нужно? — уточнил Карданов.

— Мы это… из «Тихпромбанка», — шмыгнул носом Гордеев. — Это, значит, вас приказано доставить к директору.

— Зачем?

— Не знаю. Матерью клянусь, не знаю!

— Ну ладно. — Макс похлопал съежившегося охранника по плечу. — Но больше так не делай!

Стремительными шагами он направился прочь. Когда Макс отошел на достаточно большое расстояние, дядя Коля позволил себе очнуться.

— Где он?! Ты почему его упустил?! — накинулся он на молодого человека.

— Так что я сделаю, вы вон лежите!

Вдвоем они стали приводить в чувство Василия. Тому досталось больше всех: лицо окровавлено, нос расплющен — он был в нокауте. Наконец и третий участник группы захвата открыл глаза.

— Да, вот что значит — не везет! — горестно вздохнул руководитель операции дядя Коля. — Теперь меня точно выгонят! А за что?

Но никто из напарников ему не ответил.

* * *

Тиходонск,

29 сентября 2004 года,

12 часов 43 минуты.

Майор Нижегородцев был одним из немногих, кто свободно чувствовал себя в кабинете генерала Лизутина и запросто называл начальника УФСБ Матвеем Фомичом. По большому счету, их связывали отношения не начальника и подчиненного, а доброго наставника и благодарного ученика. В основе этих отношений лежала длительная совместная служба, схожие черты характера и доверительность, обусловленная тем, что генералы не могут общаться исключительно с другими генералами или большими начальниками, так же, как не могут жить в безвоздушном пространстве. Майор был смел, инициативен, умел держать язык за зубами, он охотно брался за любое поручение Лизутина, и каждое из них он старался выполнить на совесть. Поэтому ему поручались особо важные, конспиративные служебные задания, а также особо щекотливые и конфиденциальные личные поручения. Справедливости ради надо сказать, что первых было значительно больше, а вторые носили разовый характер и были связаны с обычным адресом в спальном микрорайоне Тиходонска, куда генерал «нырял» несколько раз в месяц, а Вампир прикрывал его, как на встрече с агентом. Больше того, он искренне делал вид, что старший товарищ занимается там служебными делами государственной важности.

Сейчас разговор шел о «Руке Аллаха».

— С Гуссейновым мы облажались, — задумчиво говорил Лизутин, постукивая по столу обратной стороной авторучки. — С ним такие твои номера, как с Лучником, не проходят. Я до сих пор за него объясняюсь.

— Это факт, — признал Нижегородцев. — Действительно облажались.

Сразу же после задержания Арсена Гуссейнова Лизутину и его замам посыпались телефонные звонки. Руководители различных рангов характеризовали разыскиваемого особо опасного террориста как уважаемого бизнесмена, который много сделал для области и города, а потому требует к себе самого пристального и доброжелательного внимания. Дурдом какой-то! Раньше за подобный звонок любого начальника бы выгнали из партии и бросили, как обосравшегося щенка, на рядовую работу. А может, и в камеру, рядом со своим протеже! А то на тебе: «Много сделал для области!». Да он со своим дружком еще больше сделает, только виновными окажутся не те, кто звонил, а те, кто отпускал! А конкретно — сам майор Нижегородцев! А пока он оказался виноватым в том, что задержал уважаемого бизнесмена на основе необходимой информации, без доказательств и уголовно-процессуальных гарантий. Но отделался устным замечанием — большое спасибо, товарищи руководители. Хорошо еще, что он не успел сводить Гуссейнова в подвал, к забрызганному кетчупом щиту. Хотя именно этот путь мог привести к Вахиту!

Вампир был крайне раздражен. В кабинете генерала он не надевал темные очки, а старался сесть спиной к окну.

Сейчас ему это не удалось и он раздраженно щурился на свет. Но не только этим объяснялось его раздражение.