Читаем Код возвращения полностью

Марго едва заметно поджала губы и одернула хрустящий белый фартук. Английский завтрак так же традиционен, как и левостороннее движение: яичница-глазунья, жареные бекон и помидоры, колбаски, тосты. Марго разбивала яйца в высокую сковородку, наполненную до половины оливковым маслом, и очень гордилась таким рецептом. То, что кто-то мог недооценивать ее кулинарный талант, обижало ее до глубины души. Даже если этот кто-то — пятилетний мальчик. Но проявлять недовольство вышколенная прислуга не имеет права.

— Вам звонили вчера вечером, Макс Витальевич, — доложила она. — Какой-то мужчина. Он не представился и сказал, что позвонит завтра. А сегодня кто-то звонил, но разговаривать не стал и положил трубку.

— Спасибо, Марго! — Карданов промокнул губы салфеткой. — Ну что, готовы?

— Готовы! — радостно завопил Том, довольный, что доедать не придется.

Анна улыбнулась.

— А мне надо еще двадцать минут на сборы.

— Хорошо, — кивнул Макс. — Я сам поведу машину. Какую взять?

— У нас скромный семейный выезд. Возьми «Мерседес».

Через полчаса семья Кардановых на черном полноприводном «Мерседесе-500» выехала из своего квартала. Макс уверенно влился в транспортный поток: он уже привык к непривычному направлению движения. Человек быстро привыкает, особенно к хорошему.

Он с удовольствием осматривал лондонские улицы. В отличие от всей остальной Англии, здесь много больших и дорогих машин, хозяева которых не гонятся за экономичностью. В архитектуре причудливо сочетаются старина и современность. Старинные телефонные будки перемежаются кабинками с интернет-связью, до сих пор кое-где встречаются почтовые ящики, установленные полтора века назад.

В субботу магистрали свободны, через двадцать минут они прибыли к Тауэрскому мосту. Здесь контрасты архитектуры были особенно наглядны: с одной стороны — модерновое, будто нарезанное яйцерезкой «яйцо» лондонской мэрии, по другую — «огурец-небоскреб» швейцарского банка. А между ними — цель сегодняшней поездки: тысячелетний Тауэрский замок, воронье гнездо английских королей.

В крепостные ворота вливался непрерывный пестрый поток туристов со всего мира: улыбчивые японцы, широколицые малайцы, смуглые арабы и индусы, мрачные русские. Том с интересом осматривался, особенно понравились ему огромные черные вороны, которые, по преданию, охраняют замок. Птицы чувствовали себя вольготно, громко каркали, раскрывая мощные, будто лакированные клювы, собирали веточки с чистых газонов, ничуть не обращая внимания на окружающую суету.

В оружейном зале мальчика заинтересовали доспехи Генриха VIII — огромные, с торчащим вперед внушительным стальным цилиндром пониже живота.

— Папа, а для чего это? — Том указал на цилиндр. Анна, скрывая улыбку, дипломатично отвернулась.

— Туда король прятал свой перец, — честно ответил Макс.

— Ого! Такой большой? — непосредственно удивился Том.

— Не знаю, — задумчиво сказал Карданов. Подобные «гульфики» встречаются изредка и на других латах, но имеют гораздо меньшие размеры. Под сталью места много, в принципе все, что угодно, можно спрятать внутри, скорей всего, гигантский цилиндр Генриха VIII отражает не столько его физические, сколько ментальные особенности: комплекс сверхполноценности, рвущуюся наружу агрессию, демонстративную готовность всех победить.

— Но сам король был очень большой, — перевел он разговор на менее двусмысленные вещи. — Видишь, какие у него латы? На кого они подойдут? Только на очень крупного человека!

— Как тот дядя? — Том ткнул ручонкой в сторону, Макс мельком взглянул в указанном направлении.

— Да, наверное, как тот дядя.

— А эту пику король мог поднять? — Теперь Том заинтересовался копьем толщиной с телеграфный столб.

— А? Подожди. Я сейчас.

Макса бросило в жар, лицо покрылось потом.

— Что с тобой? — тревожно спросила Анна. — Тебе плохо?

— Нет. Подожди. Пройдет.

Карданов медленно повернулся и осторожно, чтобы не привлечь внимания, посмотрел на «того дядю». Да, он не ошибся.

Крупный толстый человек в легком клетчатом пальто, с толстой шеей и тройным подбородком. Оперативный псевдоним Худой. Резидент русской разведки в Лондоне. Макс встречался с ним лет семь назад, когда выполнял здесь очередное задание. Сейчас Худой смотрел на него в упор и добродушно улыбался.

Макс перевел дух. Нервы стали ни к черту. Никто не станет стрелять в него, колоть отравленным зонтиком или похищать. Те времена прошли безвозвратно. Просто им что-то надо, и они его нашли. Ну и хрен с ними! С чего он так разволновался? Из-за того, что рядом сын и жена? Или потому, что привык к размеренной комфортной жизни, в которой нет места неприятным неожиданностям?

Карданов улыбнулся Анне, вытер платком вспотевшее лицо.

— Посмотрите дальше сами, а через час встретимся у входа. Я подойду вон к тому толстяку, это мой знакомый.

— Какой знакомый? — Тревога во взгляде жены не исчезала.

— Старый знакомый. Потом объясню. Макс решительно подошел к Худому.