Кашляя и тяжело дыша, Гусейнов сел. Левый глаз налился кровью, вокруг отчетливо выделялся красный вдавленный круг, словно след от монокля. Мокрое пятно на брюках подтверждало, что Нижегородцев не ошибся.

Вскоре пришел следователь, и Арсен Гуссейнов дал правдивые показания о своей преступной деятельности. С конкретизацией мест, дат, времени, имен. Не утаил ни одного факта из своей личной биографии и рассказал все, что знал про подельников. Следователь еле успевал записывать и очень удивлялся, потому что террористы обычно гораздо менее многословны.

Нижегородцев не участвовал в дальнейшем расследовании. Да никто его к этому и не привлекал. Момент прошел, и оперативник из Тиходонска утратил свою значимость.

Его больше не приглашали в машину генерала Вериченко, да и сам генерал не высказывал желания с ним встретиться и поблагодарить за службу. Ощутив свою ненужность, майор попрощался с коллегами, объяснив, что хочет перед отъездом заскочить к старому знакомому, с которым уже бог знает сколько лет не виделся. Но это была ложь.

Остаток дня Нижегородцев провел в одиночестве, скитаясь по дождливой Москве. Пару раз, спасаясь от внезапных ливневых потоков, Вампир нырял в первый попавшийся бар, сидел у окна, пил безвкусные коктейли и невидящими глазами смотрел на мокрые улицы и суетливых прохожих. Безвкусное пойло туманило голову, притупляя глухую боль в душе. Настроение от этого, правда, нисколько не улучшилось.

Уже в аэропорту Нижегородцеву пришла мысль созвониться с Фокиным или Клевцом, но он подумал, что говорить им особенно не о чем. Все позади. Операция «Рука Аллаха» пресечена. Маша убита. И изменить ничего невозможно. Самолет до Тиходонска вылетал через сорок минут.

Забросив на плечо красную спортивную сумку с выцветшей на боку надписью «Адидас», Вампир двинулся на посадку. Дождь прекратился, и налетевший неизвестно откуда ветер старательно разгонял нависшие над столицей тучи.

Эпилог

— Ты что, всерьез думаешь здесь остаться? — спросила Анна.

— Папа, а почему здесь машины такие смешные? — перебил Том, непрерывно вертя головой.

Второй вопрос был проще, и Макс решил отвечать на него.

— Что в них смешного? Разве наша машина смешная? Для встречи семьи ему дали черный «БМВ» кого-то из начальства разведки. Так распорядился Вериченко, чтобы произвести хорошее впечатление на Анну.

— Нет, наша хорошая. Но она же не твоя? А дома у нас хорошие машины и они принадлежат нам.

Семья прилетела сорок минут назад, и нельзя сказать, чтобы лакированный автомобиль выполнил свое предназначение: и жена, и сын были настроены критично.

«БМВ» мягко стелился по шоссе, несясь в направлении центра. Карданов расслабленно сидел на широком заднем сиденье, обнимая за плечи жену и сына.

Карданов вновь становился самим собой. Сергей Лапин бесследно исчез. Он уверенно смотрел по сторонам, под курткой просматривались добротный темный костюм в полоску, свежая рубашка и удачно подобранный галстук. Волосы на голове аккуратно уложены, лицо чисто выбрито, на губах довольная улыбка.

Пресечение террористической акции с использованием ядерного оружия имело огромный политический резонанс во всем мире. Резко поднялся авторитет государства, а особенно — его специальных служб. Благосклонные начальственные небеса готовы были разразиться дождем орденов и медалей. В числе фигур, сыгравших важную роль в операции, оказался и Макс Карданов. Его тоже представили к ордену.

Вчера генерал-полковник Вериченко принял героя, пожал ему руку и предложил вернуться на службу в контрразведку.

— Дадим квартиру, подберем хорошую работу, — добродушно прогудел генерал-полковник. — Пошлем в приличную европейскую страну на легальную линию, с дипломатическим иммунитетом. Вы сами сможете выбрать подходящую столицу. Какую захотите!

Максу такая перспектива показалась заманчивой. Хотя как она будет реализована? Он хорошо знал аппаратные правила и неоднократно был свидетелем того, как праздничные обещания начальства превращались в жалкие огрызки. И жаловаться уже было некому: момент прошел и жалобы только создадут ореол склочности и неблагодарности.

Но тем не менее он дал согласие. Почему? Сейчас предстояло объяснить это Анне.

— Ты не ответил, Макс, — повторила вопрос Анна. — Ты собираешься остаться здесь?

Карданов сильней обнял плечи жены и прижал ее к себе.

— Дело в том, что у меня проблемы с Интерполом. Без дипломатического иммунитета я не могу покидать Россию.

Анна задумчиво опустила голову.

— А почему здесь такие большие лужи? — спросил Том.

— Потому что прошел дождь, — рассеянно ответил Макс. — Сейчас мы заедем в гостиницу, и прямиком на прием по случаю награждения, — пояснил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Анна кивнула.

— Против такой перспективы я не возражаю.

— Будет неплохо. Сначала официальная процедура вручения наград, потом банкет. Шампанское, икра, коньяк, оркестр.

— Подходит.

Макс поцеловал жену в теплую гладкую щеку. Потом взъерошил непослушные волосы на мальчишеской головке.