Читаем Код возвращения полностью

Гуссейнов достал из сумки чешский пистолет-пулемет «скорпион» и двинулся в коридор. Рохланов за волосы рывком поднял Галину и, толкая ее перед собой, последовал за товарищем. В правой руке он держал точно такой же автомат.

Арсен выглянул в глазок, долго смотрел, потом пожал плечами и коротко кивнул Заурбеку. Тот шепнул что-то на ухо заложнице, и Галина, заглянув в глазок, отрицательно покачала головой.

— Я их не знаю, — тихо прошептала она.

Заурбек стволом автомата толкнул ее в затылок. Поняв, что от нее хотят, она спросила вслух срывающимся голосом:

— Кто там?

Лютов и не предполагал, что ему сразу гостеприимно распахнут двери. Вопрос прозвучал, когда его палец в черной перчатке вторично коснулся мягкой кнопки электрического звонка. Барсук и еще один парень в коричневой замшевой куртке стояли за спиной Михаила. Липатов немного в стороне и остальные на пару ступеней ниже на лестничной площадке.

— «Мосгаз», — как можно небрежнее бросил Лютов, сдвигая флажок предохранителя своего «макара». — Где-то утечка, надо проверить.

Возникла непродолжительная пауза.

— У нас все в порядке, — откликнулась наконец хозяйка квартиры.

Лютову ее голос показался знакомым. Кажется, он уже слышал его прежде. Но где?

— Я должен проверить. Вдруг дом взлетит на воздух! — настойчиво сказал он и инстинктивно переместился влево, уходя с линии вероятного огня.

Нервы Рохланова не выдержали напряжения.

— Пошел на хер, пока цел! Тебе сказали — у нас все в порядке. Убирайся! — гаркнул он.

Нервы Михаила напряглись как канаты. Он молча указал своим соратникам на мощную стальную дверь, обитую красивой тисненой кожей темно-бордового цвета. Липатов выудил из-под свитера пистолет. Барсук поднял свой ствол к лицу и приложил к горячей щеке.

— Братишка, послушай, — Лютову стоило огромных усилий сдерживаться. — Я понимаю, у вас там все на мази. Водка, девочки и все такое. Но у меня работа. Уволят на хрен, и всего делов. Что мне, милицию вызывать?

— Пошел в жопу, козел! — Человеческие увещевания затюканного работника «Мосгаза» явно не подействовали. Приходилось прибегать к более эффективным аргументам.

Липатов шагнул вперед и несколько раз выстрелил в замок. Пуля с визгом отлетела в сторону и врезалась в стену. Но две другие пробили двухмиллиметровое железо и влетели в квартиру вместе с клочьями скрытой под кожей ваты. Фирмачи врут, когда рекламируют бронированные двери. Никакой брони они не ставят и в помине. Разве что по специальному, особо важному заказу.

Изнутри тут же скорострельной очередью ответил «скорпион». Стремительные закругленные цилиндры прошили дверь в обратном направлении, выбивая вату на лестничную площадку. Липатов выронил свой «ТТ», его свитер обагрился кровью, а из пробитой пулей сонной артерии фонтаном хлестанула кровь, как из шеи неумело забитого на бойне быка. Липатов был мертв раньше, чем его голова с закатившимися безжизненно глазами стукнулась о залитый кровью кафельный пол, раньше, чем звякнул о плитку ненужный теперь пистолет.

— Мочите гадов из всех стволов! — истерически заорал Лютов, понимая, что инстинкт спас ему жизнь. Не шагни он в сторону, это его труп лежал бы в кровавой луже.

Стрелять изо всех стволов нападающие не могли, потому что на фронте в два метра нельзя рассредоточиться даже пяти стрелкам.

Но отечественный мини-автомат «кипарис» парнишки в замшевой куртке выплюнул десяток пуль, они вмяли железный лист и прорвали его, как острый конец кузнечного молотка. Одна из пуль, сплющившись и беспорядочно кувыркаясь, ударила в грудь Галине. Девушка истошно закричала, но уже через мгновение ее крик сменился сдавленным хрипом. Рохланов продолжал придерживать одной рукой оседающее на пол тело заложницы, а вторую со «скорпионом» навел на дверь.

Теперь два «скорпиона» поливали интенсивным огнем лестничную площадку, а «кипарис» и четыре пистолета били в квартиру. Летящие навстречу друг другу пули сталкивались, брызгали крохотными острыми осколками, высекали злые красные искры. Вата под лохмотьями бордовой обивки задымилась. Не выдержав встречной огневой мощи, дверь раскрошилась, в ней образовались несколько брешей, которые слились в одну большую дыру. С жалобным скрипом вылетел замок. Преграда между стреляющими исчезла, теперь они видели друг друга и могли прицелиться, но у всех закончились патроны.

Лютов упал на колено и быстро менял обойму, боец в замшевой куртке перезаряжал свой «кипарис», Рохланов возился со «скорпионом», а Гуссейнов бросил свое оружие и нащупывал за пазухой пистолет.

В это время к дому на набережной примчались десятки машин: журналисты, телевизионщики, милиционеры. Массивное колесо операции «Антитеррор» раскрутилось, набрало обороты, и остановить его теперь было невозможно.