Читаем Код возвращения полностью

Маша беспокоилась, чтобы не перегнуть палку и не дать Карданову возможности почувствовать в ее словах фальшь. Но он воспринял все совсем иначе. В мозгу Макса будто что-то переклинило. Прорываясь сквозь настороженность и тупую ноющую боль в затылке, в сознании всплыл образ той девушки, которую он когда-то так любил. Образ прежней Маши. Чистый, невинный и непорочный.

Все плохое, что было когда-то связано с Машей, провалилось в небытие, уступив место любви и вере. Это же Маша, любимая женщина, гений чистой красоты!

В этот момент Макс не сумел бы объяснить, что с ним произошло. И скорей всего на этот вопрос не ответил бы даже профессор Брониславский, так много и плодотворно проработавший с сознанием спецкурьера. Человеческий мозг и все связанные с ним ощущения настолько загадочны и непредсказуемы, что объяснить это трудно даже тому, кто программирует конечный результат.

— Маша, Машенька!

Макс еще крепче обнял девушку, как живительный кислород вдыхая полной грудью аромат ее волос. Голова пошла кругом, и он почувствовал, что теряет под собой твердую почву. Уловила это и девушка. Она поняла, что цель достигнута.

— Что с тобой? — Она слегка отстранилась и заглянула в его глаза. По щекам Марии катились самые натуральные слезы. — Тебе нехорошо, Макс? Ты болен?

— Нет. — Он судорожно сглотнул и усилием воли разогнал окутавший его дурман. — Все в порядке, дорогая. Немного болит голова, но это пустяки. Знаешь… Я тоже скучал по тебе.

— В самом деле?

На этот раз ей не пришлось играть. Маша действительно была удивлена таким результатом.

— Да, я все время вспоминал о тебе. О тех мгновениях, что мы провели с тобой вместе. — Макс облизал пересохшие губы.

Семь лет выпали из его сознания. За горизонтом затуманенного разума скрылись образы Анны и маленького Тома. Померк потонувший в туманной дымке Лондон. Маша снова была с ним. Любящая и любимая. А все остальное… Все остальное уже теряло смысл. Мышцы почему-то ослабевали и превращались в некое подобие ваты.

— Я рада это слышать. — Маша держала его за руку. — Ведь я потратила так много времени, чтобы разыскать тебя, Макс. И вот оказывается, что мои труды не напрасны. Я боялась, Макс. Боялась, что ты оттолкнешь меня, не захочешь больше видеть.

— О чем ты говоришь? — Карданов слабо улыбнулся. Лицо женщины поплыло в сторону и потеряло четкие очертания. — Разве я могу тебя забыть? — Он провел свободной рукой по лбу, смахивая выступившую испарину. — Мне и правда что-то нездоровится. Нам лучше поехать домой.

— Домой?

— Да, домой.

Он сделал шаг в сторону, но, потеряв равновесие, стал заваливаться на правый бок. Маша попыталась удержать его, но тщетно. Теряя сознание, Карданов упал на потертый ковер. Его пальцы выскользнули из Машиной ладони.

Она тихо вскрикнула и затравленно огляделась по сторонам. В холле больнице никого не было. Да и во всем мире не было ни одного человека, способного прийти на помощь. Маша опустилась на колени рядом с неподвижно лежащим телом.

— Помогите! Кто-нибудь, помогите, человеку плохо! Сейчас она уже не играла, она была действительно растеряна.

— Человек умирает! — добавив драматизма, истошно завопила девушка.

В это время в вестибюль решительной походкой вошли три человека и, оценив ситуацию, быстро включились в дело. Фокин подхватил Макса под голову, приподнял ее, нажат какие-то точки за ушами.

— Вот бедняга, у него всегда были проблемы с головой. — Он нажал еще и точку на переносице.

— Сейчас я приведу кого-нибудь! — Клевец метнулся в коридор.

А Ходаков быстро достал телефон и в очередной раз набрал номер Лисы.

— Скорей вниз, Зоя Васильевна, вашему пациенту плохо, — отрывисто сказал он.

Но Макс Карданов уже зашевелился и открыл глаза.

— Голова закружилась, пройдет, — сказал он испуганной Маше и с недоумением уставился на Фокина. — Это действительно ты? Откуда ты взялся?

Потом он перевел взгляд на Ходакова.

— Нет, мне это мерещится.

Карданов сел и протер глаза. Тем временем Клевец привел медсестру со шприцем.

— О, да он уже сам очухался! — удивился отставной милиционер.

А Макс теперь уставился на него, потом перевел изумленный взгляд на остальных. Из собравшихся он не знал только медсестру.

— Вы что, все с неба свалились? Откуда вы? Как здесь оказались?

От укола он отказался.

— Мне уже лучше. Все прошло.

Фокин, взяв под локоток, отвел Машу в сторону.

— Нас прислал за вами Стаховский, — понизив голос, сообщил он.

— Андрей?

— По-моему, в Москве только один Стаховский. Он обеспокоен вашим исчезновением. Как вы здесь оказались?

Фокин сунул в рот сигарету, но прикуривать ее не спешил, закусил фильтр зубами и слегка повернул голову влево. Теперь Маша могла созерцать его мужественный, будто высеченный из гранита профиль.

— Меня послал этот… Каймаченко, — ответила девушка. — Они меня запугали.

Про денежное вознаграждение она решила не говорить.

— Ничего, теперь мы отвезем вас в Москву, все будет в порядке.

Подоспела Зоя Васильевна, профессионально расспросила, что произошло.

— Да, шоковых впечатлений вам следует избегать, — сказала она. — Это моя вина, следовало подготовить эту встречу.