Читаем Код Маннергейма полностью

Он демонстративно передернул затвор. И, посмотрев, как умело Николай повторил его действия, усмехнулся:

— Ну, ты, похоже, человек грамотный, разберешься — куда чего совать. Вот два полных магазина — шестьдесят четыре патрона. Да, смотри во время стрельбы за ствол не хватайся — руки сожжешь.

Миша снова порылся в своей безразмерной сумке и извлек оттуда довольно крупную кобуру из коричневой толстой кожи. Лукаво усмехнувшись, предложил:

— Угадай, что у меня здесь? — и начал понемногу извлекать из кобуры пистолетную рукоять. — Обычно начинают кричать: парабеллум, парабеллум… А это ни фига не «люгер», а совсем другая машинка.

Он показал пистолет, формой действительно напоминавший знаменитый немецкий «Люгер Парабеллум». Николаю вспомнилось, что название оружия повторяло вторую часть известного латинского изречения: «Si vis pacem, para bellum» — «Хочешь мира — готовься к войне».

Миша продолжал пояснять:

— Это «Вальтер Р-38» — калибр тот же, что и у МР, — девятимиллиметровый. Емкость магазина восемь патронов, вес восемьсот граммов. На вооружении немецкой армии с 1938 года — основной пистолет Второй мировой. Очень надежная, неприхотливая и простая в обращении машинка. Рекомендую. Тут, — он похлопал по кобуре, — две снаряженные обоймы.

Передав Николаю кобуру, Миша присел на верстак, предоставляя разговоры о деньгах Якову Ароновичу. Тот бодро взялся за любимое дело:

— Мишенька забыл добавить, что оба раритета, — он упорно избегал слова «оружие», — в прекрасном состоянии. Более того, совершенно новые. И я вам, Коля, должен сказать, что я сам впервые вижу такие экземпляры.

Николаю хотелось поскорее закончить эту процедуру:

— Сколько? — спросил он.

— Ну, учитывая сложившуюся конъюнктуру и мое к вам хорошее отношение… — Лицо улыбавшегося хозяина клуба подобралось, проступили углы и жесткие линии — хищник сделал стойку на добычу — С вас смешная сумма — пять тысяч долларов.

Николай не ожидал, что запросят так много, — в кармане двадцать стодолларовых банкнот, привезенных Анной. Этого не хватало даже наполовину.

По-своему истолковав его колебания, Яков Аронович сделал знак Мише, и у того в руке оказался длинный черный пистолет — похоже, ТТ с глушителем.

— Не поймите нас неправильно, это необходимая мера безопасности, — вкрадчиво объяснил продавец. — Ну, так что, Николай, вас устраивает цена?..

Полуверцев не успел ответить — распахнулась дверь, и в подвал бодро ворвался Дюня.

— А ну опусти ствол! — заорал он с порога. — Руки вырву!

Его властный напор возымел действие — Миша опустил пистолет. Дюня в своей обычной, вальяжной манере прошелся по подвалу, осматриваясь. Потом остановился рядом с хозяином и укоризненно покачал головой:

— Ай-ай-ай, Яков Ароныч, что же вы — опять за старое?.. А ведь предупреждали вас — не доведет до добра эта торговлишка, чай, не в Абу-Даби, на выставке вооружений.

— Да что вы — какая торговлишка?.. Тут собрались коллекционеры и пригласили меня в качестве эксперта. Я и знать не знал, что эти раритеты могут стрелять!..

— Да ну? А что ж тут так порохом тянет?.. И смотри-ка ты, — он взял у Миши пистолет и выщелкнул магазин, — патроны-то боевые, а?..

Яков Аронович изобразил полнейшее недоумение и даже возмущение столь прискорбным обстоятельством. Николай так и не понял — знаком ли хозяин клуба с Дюней или просто быстро сообразил, кто пожаловал к нему в гости, но вел он себя в сложившейся ситуации, надо отдать ему должное, совершенно правильно.

Миша соображал медленнее, но и он, похоже, «въехал в тему»:

— Пришел мужик этот, говорит — посмотрите коллекцию, оцените, то да се. Я-то, как увидел, что оружие боевое, так сразу ему и…

— Значит, оружие принес он? — Одноклассник указал на Николая. Продавцы дружно кивнули, — Ну что ж, я забираю этого вооруженного до зубов господина с собой. Где его вещи?.. Не в руках же он тащил этот арсенал?

Миша полез под верстак и услужливо подал свою большую сумку. Дюня сложил туда все оружие, аккуратно застегнул «молнию» и сказал Николаю:

— Надо же, какой молчаливый коллекционер попался. Ну пошли, обсудим особенности стрелкового оружия Второй мировой в другом месте.

Яков Аронович осмелел настолько, что предложил:

— Не желаете ли кружечку пивка? Свежайшее, в кегах из Германии возим.

Дюня с любопытством взглянул на него:

— Спасибо, в другой раз. Думаю, что встречу с таким ценным экспертом, как вы, я не смогу отложить надолго.

Проходя через магазин, он бросил крепкому парню, ожидавшему у дверей:

— Уходим.

Задержавшись на мгновение в арке, молодой эфэсбэшник освободил прикованного наручниками к одному из «ежей» охранника, от души пнул его в тощую задницу и дружески пообещал:

— В следующий раз попадешься, фашист убогий, — уши оборву…

Поджидавшая Анна сразу бросилась в атаку:

— Анна Троицкая, корреспондент петербургских «Новостей». Представьтесь, пожалуйста, и объясните, что здесь происходит? И почему задержан мой коллега Николай Полуверцев?..

Дюня сначала опешил, а потом расхохотался:

— Это же она тебя, Колька, защищает!.. Все в порядке барышня, мы за наших…