Читаем Кочевники полностью

В восточной половине юрты, шептались две женщины. Старшая из них, по всей видимости, супруга старика, пыталась что-то втолковать молодой тридцатилетней красавице. Дервиш предположил, вполне возможно, что это младшая жена тейджи, но тут, же передумал, уж больно хорошие были отношения между женщинами. Вторую супругу хозяина становища нищий увидел, крутившейся возле очага. В самом центре на камнях, под отверстием в крыше, стоял котел, в котором жарилась баранина. Она была такой аппетитной, что путник невольно облизнулся. В том, что красотка, возившаяся с мясом, была младшей женой тейджи, дервиш понял, поймав недовольный взгляд, направленный на двух женщин.

В западной, мужской, части юрты сидел и чистил огнестрельное оружие, еще один сын старика. Второй, стоял за спиной дервиша, не зная, как и поступить. То ли попросить гостя подойти к отцу, то ли выйти из юрты на улицу. Первым среагировал старик, поставивший чашу с кумысом перед собой, и молвивший:

— Проходи, гость дорогой, — рукой показывал на свободное место рядом с собой. — И вы, дети мои, присоединяйтесь.

Дервиш обошел очаг и присел рядом с тейджи. Рядом с хозяином, оставив еще одно место, пристроились и сыновья. Старик взглянул на пустую чашу и прикрикнул, обращаясь к младшей жене:

— Эй, Сарнай, налей нам кумысу.

Девушка, покорно склонив голову, притащила из мужской половины юрты бурдюк, наполнила чашки и тут же ушла возиться с бараниной.

— Ургалай, — вновь проговорил старик, и дервиш понял, что тот обращается к своей невестке, — позови сюда внука Едугея. Он уже вырос и имеет право присутствовать, когда мужчины беседовать будут.

Невестка выскочила из юрты, и до дервиша донеслось, как она бранила мальчишку, за то, что тот разорвал халат. Нищий невольно улыбнулся.

Едугея он увидел через минуту. Сначала в проход просунулась голова парнишки, того самого, что несколько минут назад прискакал на скакуне, и лишь потом, словно перепрыгивая порог, вошел и сам батыр. Дервиш не ошибся, мысленно назвав его так.

— Садись, — молвил старик и рукой указал на освободившееся место.

Паренек сел рядом с дедом. Окинул рваные одежды дервиша и спросил:

— Ты кто?

И тут же получил от старика подзатыльник.

— Прости его дорогой гость, — проговорил тейджи, — молод еще и не знает все обычаев.

— Пусть спрашивает, — молвил дервиш, — любопытство не порок.

— Кто ты? — осмелился Едугей.

— Меня зовут Ширэ Джиладкан. Я дервиш. Странствую по свету в поисках истины.

Стрик улыбнулся, взглянул на нищего.

— Позволь и мне представиться, общающийся с духами, — произнес он, — Я — Сумум-бек, а это дети мои и внук. Это Арвай, Удвай. Еще есть Тугал, но он сейчас на дальнем пастбище, и Кайрат, он сейчас воюет с соседним улусом. — И видя, как закачал головой гость, продолжил, — а это сын его и мой внук — Едугей. Смотри, какой большой стал. Совсем жених.

Дервиш вновь кивнул. Он уже понял, что последнее старик произнес неспроста. Первая жена и невестка, шептались в женской половине юрты не иначе о будущей супруге батыра. Скорее всего того на днях должны были отправить на соседнее стойбище. Именно там, как понимал дервиш, у тейджи была на примете невестка для внука. Сейчас старик, как бы намекал Ширэ Джиладкану, чтобы тот спросил благословение у духов предков. Увидев кивок, тейджи улыбнулся.

— Погода нынче отменная, — неожиданно сменил разговор Сумум-бек.

— Что верно, то верно, — проговорил дервиш, — у вас тут хорошо. Откуда я иду, вот уже неделю льет дождь, и грохочут молнии. Жуткая вещь вам скажу.

Кочевники дружно закивали.

— И ты в такую погоду не простудился? — поинтересовался старик, вспомнив, как пролежал он неделю с кашлем, пока старшая супруга не отпоила его горячим чаем с салом.

— Духи предков были милостивы ко мне, — пояснил Ширэ Джиладкан.

— И то, верно. Небо тому судья, — согласился старик.

Старшая жена притащила огромный казан и поставила перед сидящими. Арвай, достал огромный кусок мяса, жир с которого так и капал, и протянул вначале дервишу. Тот двумя руками взял его, но желание впиться в него зубами преодолел. Дождался, пока средний брат всем по куску даст.

— Куда и зачем ты идешь? — полюбопытствовал старик, поднося чашу с кумысом ко рту.

— К хану с хорошими вестями спешу, — ответил дервиш и впился своими зубами в мясо. Оторвал кусок и стал жадно жевать, словно и не ел вот уже больше месяца.

— А, что за вести? — спросил Арвай, понимая, что странник на них просто может не ответить.

— Духи предков сообщили мне, что война, которая идет между улусами, должна вот-вот кончиться…

От этих слов на лице старика появилась улыбка

— Хорошие вести ты принес мне, Ширэ Джиладкан. Добрые.