Читаем kniжka полностью

Они вышли, крепко держась за руки. Они вышли, так крепко держась за руки, как держатся лишь газетчики. Они вышли из комнаты с красиво, по – красивому, заплесневелыми обоями, голубыми в изумрудный грибочек; в коридор. Окрашенный охрой, как на неизвестных картинах, как в неизвестных, быть может даже, не снятых никогда, картинах неизвестных режиссёров. Она сняла картину без рамы со стены, обнаружив под ней пятно, краску болотного цвета. На картине были нарисованы детские ноги в босоножках, цвет которых нельзя было различить в коридорном полумраке. Весь пятый этаж как будто притих, замер в ожидании их шагов, а те четыре, что под ним, всем своим населением прильнули со стаканами к потолкам и стенам, кто до куда мог дотянуться. Как и в любом другом женском общежитии, вход и присутствие его (мужчины) были строго воспрещены конечно же, и, осознавая свою полную обличённость, зная, что ему не спуститься на вымышленной верёвке из окна, дабы покинуть сей Рай незамеченным и, не прошмыгнуть мимо вечно бдящей за сканвордом комендантши, он, взяв её за руку ещё крепче, громко пошёл своими деревянными, оставшимися на память от деда, каблуками по кафельному полу пятого этажа. Они сделали это впервые.