Читаем Книгоедство полностью

Кстати, первый свой рассказ со страшным названием «Убийца» Ремизов сочинил в тот же год, когда похитил магнит. Первый свой роман «Пруд» Ремизов пишет в Вологде, в ссылке в 1901-1902 гг Тогда же и там же, в Вологде, Ремизов организует свое первое тайное «обезьянье» общество, называвшееся, правда, еще не Обезьяньей великой вольной палатой, а ССА – Союзом свободных алкоголиков В Союз входили такие небезызвестные исторические фигуры, как П. Щеголев, Б Савинков, Н. Бердяев, И. Каляев, А Луначарский и др Ну а настоящий Обезвелволпал учредился в 1907 году, но это уже отдельная история, рассказывать которую можно долго

Романов П.

В конце двадцатых годов прошлого века Пантелеймон Романов выпустил два собрания своих сочинений – восьмитомное в 1927 году и двенадцатитомное в 1929-м Это был пик его популярности, впрочем, как и популярности Михаила Зощенко, сотоварища Пантелеймона Романова по юмористическому литературному цеху

Умение писать смешно – наверное, прирожденный дар, и не каждому писателю он дается. Это все равно что излагать анекдот. Устно его расскажет даже заика, и смешно получится практически у любого рассказчика Но стоит коротенькую историю перенести на бумагу, как смех куда-то теряется, будто его и не было вовсе. Главный тут секрет – интонация Перенести разговорную интонацию в текст рассказика – это замечательное умение.

Писатель Пантелеймон Романов этим умением владел вполне. Далеко за примером ходить не надо Вот короткий рассказ «Порядок» Сюжет прост: некий человек едет с заработков к себе в деревню. Дома у него больная жена, сам он мучается катаром желудка, но тем не менее по дороге домой упрямо сходит на каждой станции и выпивает по рюмке водки А после жалуется студенту-попутчику:

– Это прямо сил никаких нет, – не берет да и только, – сказал он.

– Что не берет? – спросил студент

– Не пьянею отчего-то На каждой станции прикладываюсь, и хоть бы что… Вот наказал бог!

– А зачем нужно-то?

– Да домой еду, – ответил рабочий. – Ведь у нас народ какой… ежели ты, скажем, человек работящий, а домой приехал трезвый, тихо, спокойно, со станции пришел пешочком, то тебе грош цена, никакого уважения А ежели ты нализался до положения, гостинцев кому нужно и кому не нужно привез, да сам на извозчике приехал, тебе – почет и всякое уважение…

В конце рассказа человеку все-таки повезло На перрон он сошел, шатаясь и горланя пьяным голосом песни «Чей такой?» – спрашивают мужики на станции «Семена Фролова из слободки». – «Здорово живет Ах, сукин сын, погляди, что выделывает!». – «Вот это не даром отец с матерью растили. Сейчас приедет домой – и себе удовольствие и другим радость А тут гнешь-гнешь спину… Тьфу!».

Тут, собственно говоря, и комментарий-то никакой не нужен.

«Русский школьный фольклор»

В одной семье жутко любили играть в карты. Купили они как-то новую колоду, сели играть, а пиковая дама возьми да и подмигни сначала папе, а потом маме Казалось бы, ничего особенного – подмигнула и подмигнула, но родители в ту же ночь исчезли. Их дочка – назовем ее Маша – проснулась и первым делом за карты, такая была в доме привычка. В других семьях сначала моются, чистят зубы, завтракают, а у них, пока не сыграют партию в дурачка, даже думать ни о чём не желают. Маша ждет одна за столом, для разминки раскладывает пасьянсы, а родителей нет и нет. Она начала волноваться, а тут еще пиковая дама ей из колоды подмигивает: жди, мол, доченька, жди, состаришься покуда дождешься. Вызвала тогда Маша милицию, та приехала, девочка им всё рассказала Милиция засела в засаде. И вот, когда часы пробили двенадцать, стена внезапно открылась, оттуда выскочила Пиковая дама, схватила девочку и потащила с собой Милиция бросилась за Пиковой дамой, но не успела Стена закрылась, осталась лишь небольшая дырочка размером с двухкопеечную монету Милиция посмотрела в дырочку и увидела такую картину: громадный стол, на столе большущий графин, наполненный человеческой кровью, рядом блюдо с человеческим мясом. А Пиковая дама сидит за этим столом, ест человеческое мясо – и кровью запивает Разломала тогда милиция стену, схватила Пиковую даму и посадила в тюрьму А девочку наградили почетной грамотой и путевкой в пионерлагерь «Артек».

Самое удивительное – всё в этой истории правда, от первого до последнего слова Мой знакомый капитан милиции Клюквин (в то время еще сержант) сам лично участвовал в операции по захвату Пиковой дамы, и, как он впоследствии вспоминал, на самом деле все происходило много драматичнее и страшнее

Жизнь, к сожалению, идет на шаг впереди любого романа ужаса Сборник «Русский школьный фольклор» – жестокое тому подтверждение Правдивость его безупречна, всё здесь взято из жизни и основано на действительных фактах И приведенный выше рассказ о девочке Маше, и многочисленные истории про черную и красную руку, серую табуретку, синенький скромный платочек, желтую подводную лодку и зеленого попугая Кешу Всё это подлинные свидетельства, увиденные и услышанные глазами и ушами самих участников и оформленные в виде литературных текстов

С

«Сага о Греттире»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза