Читаем Книги Яакововы полностью

...Отец Епископ, в доброте своей остающийся, хотел бы видеть в них овечек, тянущихся к матери нашей, Церкви, только я осмелился бы предостеречь перед столь наивным пониманием. Следовало бы тщательно исследовать, что кроется под декларациями тех сектантов, которые уже говорят о себе: контрталмудисты... Не желая, к тому же, уменьшать доброты Его Преосвященства Епископа, лично я видел бы в этом действии желание добыть личную заслугу путем включения вшу империю христиан.

Насколько я смог сориентироваться, этот Франк и вправду говорит о Святой Троице, но только вовсе не имеет в виду христианскую Троицу, но их троицу, где имеется вроде как женщина, называемая Шехиной. Ничего общего с христианством это не имеет, как соизволит видеть Его Преосвященство. О крещении сам Яаков упоминает туманно, что ему соответствует. Еще кажется, что людям по деревням он говорит что-то совершенно иное: тогда он представляется в качестве учителя, странствующего раввина, но нечто иное рассказывает он за закрытыми дверями, в плотном кругу своих ближайших учеников. Имеется много его сторонников, в особенности, иудеев-контрталмудистов из Надворной, Рогатина и Буска. Но вот до какой степени это глубокое религиозное желание, а до какой – попытка внедриться в нашу христианскую общность в иных, чем только религиозные, целях – этого никто пока умыслить пока что не может. Поэтому, ведомый глубочайшей заботой, смею я уговаривать высшие власти нашей Церкви, дабы дело это они тщательно расследовали, подвергнув тщательной инквизиции, прежде чем будут предприняты какие-либо шаги...

Ксёндз Пикульский заканчивает и всматривается теперь в одну точку на стене напротив. Он с охотой бы предался бы этому делу и стал бы полезным Церкви. Он хорошо знает древнееврейский и иудейскую религию, как ему кажется, проник до самой глубины. В нем она пробуждает нечто вроде тревожного отвращения. Нечто такое, что похоже на грязную увлеченность. Кто не видел этого вблизи – а большинство не видит – тот понятия не имеет о громадности здания, которым является моисеева религия. Кирпич на кирпиче и выпуклые, приземистые своды, которые держатся, опираясь один на другом – кто сумел это выдумать, трудно себе представить. Ксёндз Пикульский верит, что, по сути, Бог заключил с иудеями завет, полюбил их и прижал к груди, но потом бросил. Отступил в сторону и отдал мир во владение чистому и аккуратному, светловолосому Христу, в простом одеянии, всегда собранному и серьезному.

Еще ксёндз Пикульский хотел бы уметь просить, чтобы нунций, принимая во внимание языковые таланты и громадье его знаний, сделал бы его в это деле кем-то важным. Как об этом написать? Он склоняется над почерканным листом и пытается составить предложения в черновик.

Епископ Дембовский пишет епископу Солтыку

В то же самое время, епископ Дембовский, со столь же воспаленным воображением, вынимает из ящика лист бумаги, выглаживает его ладонью и удаляет невидимые пылинки. Начинает он с даты: 20 февраля 1756 года, после чего уже движется по бумаге с размахом, большими буквами, огромное удовольствие черпая из завитушек, которыми снабжает, в особенности, буквы J и S.