Читаем Книга Мирдада (СИ) полностью

Из бледности болезни родится свежесть. А уродство - лишь палитра красоты, гуашь и кисти. А лилипут не стал бы лилипутом, не забери гигант весь рост его.

Вы - Древо Жизни. И познайте то, как разделяете себя. Не ставьте плод напротив плода, лист вперёд листа, и сук напротив ветки, не ставьте ствол возвышенней корней, и дерево - не враг земле-природе. А так бывает, если любим мы одну часть больше, чем другую, выделяем одну, как исключительную, часть.

Ты - Древо Жизни. Повсюду - твои корни, и ветви и листы. Ты - плод у каждого во рту. Каков бы не был плод на этом древе, любые ветви, корни и стволы, всё это - ты и все они - твои, все эти листья, ветви и плоды. И если хочешь ты, чтоб древо сладкий плод дарило, здоровых веток хочешь ты, тогда взгляни на корни. Какими соками питаются они?

Любовь - то сок для Жизни, гной Смерти - ненависть. Любовь, как кровь, должна бежать повсюду, вечно быть в движеньи. Пытаться подавить её - в угрозу, в чуму оборотить. А что есть Ненависть? Она - ни что иное, как эта же Любовь, что задавили иль выхода не дали. Стала ядом, и отравила всех: того, кто кормит и того, кто ест. В болезни - оба: ненависть питающий, и тот, в кого нацелена она.

А жёлтый лист на Древе твоей Жизни лишь разлучён с Любовью. Не вини его.

Иссушённая ветвь изголодалась по Любви. В том нет её вины.

Гниющий плод - лишь тот, что Ненавистью вскормлен. И не вини ты плод. Вина лежит на сердце, слепом и жадном, что источает по каплям жизни сок, что любит часть, не познавая Целого, тем отрицая и себя.

И нет Любви другой, есть лишь Любовь себя. И нет себя другого, как Всеобъемлющее "Я". Поэтому и Бог - Любовь, ведь любит Он Себя.

И если мучим ты любовью, ты не нашёл пока ещё СЕБЯ, не знаешь ты, где ключ Любви хранится. Ведь любишь часть, которая умрёт, любовь твоя - не вечна.

Любовь мужчины к женщине - то не Любовь. Лишь видимость одна. Любовь младенца к матери - ни что иное, как преддверие Любви, порог у входа в Храм. Когда все женщины начнут любить мужчин всех на Земле, мужчины женщин всех, а у детей не будет родителей одних, да и родители начнут любить детей любых, тогда Любовь познают люди. А до тех пор лишь хвастаться позволено им будет, хвалиться плотью и цепляться плоть за плоть.

И нет тебе друзей, пока хоть одного врагом считаешь. Как может сердце, что лелеет злобу, для дружбы дать оплот?