Читаем Книга Извращений полностью

Он быстро встанет из-за стола и побежит в известном направлении. Через несколько секунд – до всех донесутся совсем неприятные стоны человека, выпившего за единицу времени чуть больше дозволенного.

– Извините, – скажет он, вернувшись, – я – готов продолжить. Дискуссию, имею в виду.

– Ты уверен? Тебе мало? Снова захотелось в гости к белому Джо?! – засмеётся Ник.

Теперь, настанет время Философу поднять скулы.

– Во-первых: в этом заведении – унитазы не белые, а чёрные. Во-вторых: я, всё-таки, считаю, что в душе – всегда останусь молодым, даже когда мне стукнет восьмой десяток. Я – люблю молодость и ненавижу старость.

– Не понимаю, – скажет Даниэль, – какое отношение ваши ссоры имеют к революции; и как вообще мы ко всему этому пришли?!

– Самое прямое, Дэн, – Философ показательно затянется вейпом и выдохнет облако дыма, размером с него, – люди – никогда не могли поладить и договориться друг с другом. В этом: корень всех их конфликтов; когда два умных, по их мнению, человека расходятся во мнениях – жди атомного взрыва. Революции, шизофрении, непонимание: всё это – страницы одной и той же книги, Дэн Найт, подумай над этим.

Когда люди спрашивают, как рождаются книги – ответом на их вопрос является приведённая выше, сложившаяся ситуация.

– А почему ты молчишь?

Все трое обернуться в твою сторону, полностью лишая тебя возможности не говорить. Тебе ничего не останется, кроме как пожать плечами:

– А что мне сказать?! Вы все, вроде как, по делу говорите – мне и вставить нечего. Мне – просто интересно наблюдать за вами; возможно даже – что-то подчеркнуть из ваших споров – в любви и в искусстве – все средства хороши; и под конец: интересно, сколько времени пройдёт и что, в конечном счёте, послужит причиной того, что вы подерётесь?

Философ, улыбнувшись, покачает головой.

– Художник – дело говорит; он, наверняка – самый мудрый и самый опасный из нас.

– Вот только: он ошибся. Мы – не будем драться.

– Говори, – помашет пальцем Философ, – только за себя. Конечно, такие как ты – первыми в драку не лезут, а вынуждают других нанести первый удар. Правда, дружище?

Он повернёт голову к тебе, выставив в сторону Ника свои огромные кулаки. Ты, как всегда, дипломатично пожмёшь плечами.

– Сядь уже, Вооружённый и послушай: мне кажется, Художнику – просто действительно нечего сказать. Он – просто анализирует мнения других, но не имеет собственных. И ещё одна очень странная черта, которую я замечал за тобой, Художник: из малого и большого – ты всегда выбираешь малое – почему?

Ты засмеёшься.

– Я отвечу анекдотом – так будет легче всего. Вот: мальчик заходит в парикмахерскую. Парикмахер, давно знающий мальчика, говорит своим клиентам: «Смотрите: это – тот самый «самый глупый мальчик на свете», о котором я говорил. Из доллара и двадцати пяти центов – он всегда выбирает четвертак. Смотрите». Парикмахер протянул руку к мальчику. В одной был доллар, в другой – двадцать пять центов. «Что ты выберешь?» Мальчик взял маленькую монетку и все присутствующие рассмеялись. Мальчик ушел. Затем, один из посетителей догнал его и спросил, почему из большего и меньшего – тот выбрал меньшее? «Потому что, – ответил мальчик, – когда я возьму доллар – игра закончится». Вот это – и есть моя позиция, Ник. Всё ясно или повторить?

Ник несколько раз кивнёт и покачает головой.

– Мощно.

– Это – принцип homo-gamer, который сформулировал и вывел на четырёх сотнях страницах один финский социолог, – отмахнётся Вооружённый Философ, – я читал об этом. Интересно – но не более того.

Ник покачает головой, сощурив нижнюю губу и пару раз хлопнет в ладоши.

Игры, как социологическое, а не как психологическое явление – вот ещё одна причина революции. Впрочем, не будем забрасывать в далёкий чулан и теорию о том, что само ваше правительство ставит вам подножки и палки в колёса.

Вокруг: будет играть музыка. Темноту будет разрывать – лишь блеклый неоновый свет вдалеке. Музыкант и Философ – вновь начнут о чём-то возбуждённо спорить. Ты мог бы вмешаться и сказать парочку своих слов, но вместо этого – просто обратился к Нику:

– Если кто-то не согласен с твоим мнением – не стоит из-за этого переживать. Тебе не обязательно переубеждать Философа или кого-либо другого – что тебе и не удастся. Тебе, Ник, не обязательно думать о нём: о том, как это неправильно или какой он неправильный. Тебе не обязательно думать о том, что ты можешь ошибаться; тебе необязательно нужно сомневаться в своих собственных взглядах, только потому, что кто-то другой думает иначе.

Вы будете сидеть пьяные и наслаждаться жизнь и победой; а ты – всё будешь говорить:

– Если кто-то высказал тебе своё мнение, просто прими его, как некое мнение другого человека. В мире: огромное количество разных точек зрения – и нельзя переживать из-за каждой.

– Точки зрения – они как звёзды в ночном небе, – скажет Философ, – сияют… Так выпьем же за это.

Ник будет слушать тебя через слово; что и говорить: вино – лучше любых слов.