Читаем Книга Извращений полностью

– А ты точно не знаешь, кто он?

– Новый Троцкий, я бы сказал. Времена сейчас не тихие – я готов поставить на революцию. Если ты готов – вперёд.

Ты опустошишь свой стакан залпом и сойдёшь с барной стойки. Ты направишься к столику в углу. Ты сядешь за столик, даже не спросив разрешения уже сидящего за ним. Ты сделаешь вид, что уже пьян и готов на всё; на самом деле – ты будешь абсолютно трезв и станешь запоминать каждую пролетающую в голове мысль.

Что будет дальше? – подумаешь ты.

– Я слышал, вы вербуете работников. Что ж, я готов предложить свои услуги вашему делу – за хорошую плату, разумеется. Всего лишь…, – начнёшь ты, но тебе не дадут закончить.

– А вы знаете, в чем вам предстоит заниматься? – деловым тоном поинтересуется незнакомец.

Одной этой фразы хватит, чтобы ты сразу понял, что имеешь дело с профессионалом. Его нельзя поставить в неловкое положение; он сможет ответить на любой вопрос – таких людей невозможно победить. Но это – только пробудит внутри тебя азарт и волю к борьбе. Ты – всё ещё будешь полон уверенности, что этот мир – безраздельно принадлежит тебе; и что ты – диктуешь здесь правила. Ты возьмёшь в руки чашку с ещё горячим кофе и в один глоток допьёшь его. Ты скажешь ему:

– Честно говоря – понятия не имею. Но это – меня и не интересует. Я готов выполнить любую работу, которую прикажете. Но в делах искусства – мне нет равных нигде, – ты стукнешь чашкой об стол, – вы можете поручить мне подметать полы – и потеряете, возможно, одного из передовых героев вашего дела, – возможно, ты и сам не будешь догадываться, до какой степени будешь пьян, – я – лучший художник своего времени. И я готов…

– Я знаю вас. Так же, я мне известно, что вы – действительно талантливый художник. Вы – звезда всех аукционов, в той или иной степени связанных с искусством… Но с чего вы решили, что вы нам нужны.

Ты выдержишь паузу, глядя прямо ему в глаза. Он – будет смотреть на тебя.

– Я – этого не решал. Решили – вы. Вам нужен художник больше, чем вы нужны художнику. Я – всего лишь предложил свои услуги. Можете взять кого-нибудь другого – но он никогда не справится с тем, что могу я.

– Знаете, – он улыбнётся и в его тоне послышится отдалённое восхищение, – вы – действительно тот, кого я искал. Да, наверное, вы – нам подойдёте. У нас – уже хватает рабочих рук и фанатиков, готовых ради идее на всё – но вот людей по-настоящему творческих и умных – никогда ни у кого не хватает. Вы – именно тот, кто нужен революции. К тому же – вы фигура знаменитая; поэтому…

– Перейдём к делу.

Ты никогда не будешь вслушиваться в пустую болтовню: ни трезвым, ни пьяным. Но – Фортуна ещё не отвернулась от тебя – и ты снова побеждаешь. Лишившись своей старой жизни – ты сразу найдёшь новую. Ты – будешь горд и доволен собой. Ты почувствуешь, что твоя сестра – Жанна – уже где-то рядом. Да – вот-вот все карты упадут на стол и не останется ни единой тайны. Вскоре, ты попадёшь в место, которое с гордостью сможешь называть «своим домом».

Но тогда – ты даже не будешь подозревать, какие трудности ждут тебя впереди.

– Как вы относитесь к политике, – он наклонится поближе к тебе.

Ты – никогда раньше не думал о таких глупостях; поэтому – решил быть как можно откровеннее:

– У меня – нет никаких взглядов или мнений по этому поводу. Конечно, если это как-нибудь касается меня – я тут же начинаю что-то спрашивать, вести себя странно и делать то, что в трезвом уме – никогда бы делать не стал. Но в дела, на которые я никак повлиять не могу – я предпочитаю не влезать.

– Знаете: а ведь вы – абсолютно правы. Почти все простые люди – делают примерно то же самое, что и вы. Политика – интересует их ровно в той степени, в которой она касается их. Мне кажется – вы хорошо понимаете простых людей – мне это нравится; нам это подойдёт. Официант! Пива мне и моему другу! – гарсон кивнёт и быстро удалится, – мне очень повезло: мои родители – очень любили меня и позволили мне заниматься тем, что мне нравится. Я – единственный ребёнок в семье. Всё, что я имею в жизни – я добивался сам.

Ты увидишь человека, который точно так же как и ты – будет считать мир своей собственностью. Тебя это насторожит.

– Но, в отличие от меня, многие люди – крайне зависимы от своих семей. Я знал одного человека – идейно, он был анархистом и презирал закон; но учился он на юридическом. Когда я узнал об этом, я спросил: «Почему?», а он ответит: «Мама так сказала – я ведь её так люблю; она так страдала за меня».

Официант принесёт два бокала пива. Он исчезнет так же быстро, как и появится – в бесконечных образах и шумных разговоров «La Rotonde».

Он сделает первый глоток и продолжит: